Культура ВРН

Предмет исследования – аудиовизуальный материал (видеоролик) под названием «Russian Woman» (песня в сопровождении костюмированных сцен) исполнительницы среднеазиатского происхождения под сценическим псевдонимом Manizha/Манижа продолжительностью три минуты тринадцать секунд. Под указанным сценическим псевдонимом выступает Манижа Далеровна Сангин (Хамраева), родившаяся в 1991 году в г. Душанбе.

Предметом исследования явились содержание, смысловая направленность, применённые приёмы, выразительные средства и иные элементы и особенности представленного аудиовизуального материала, с позиции их психологической и юридико-лингвистической оценки. Кроме того, анализировалось наличие в публично распространяемом видеоролике признаков правонарушений, установленных в законодательстве Российской Федерации.

Эксперты пришли к выводу о наличии в представленном материале намеренно издевательского, оскорбительного, глумливо пародийного, обобщённого, собирательного (заведомо ложно формируемого этим номером) образа русской женщины (экстраполируемого на всех русских женщин).

Публичная демонстрация данного сценического номера направлена на формирование у нероссийской части зрительской аудитории уничижительно-негативного, культурно-сниженного образа представителей русского народа. Налицо жестокое унижение человеческого достоинства национальной группы лиц (русских) по признаку национальной принадлежности и грубое оскорбление национальных чувств этой национальной группы.

Нелепый наряд и мимика исполнительницы призваны принизить образ русской женщины. Многократное эпатирующее, безобразное гримасничанье, странное выпучивание (вытаращивание) глаз М.Д. Сангин (Манижей) при исполнении ею сценического номера, многочисленные намеренные явно неадекватные ужимки и гримасы М.Д. Сангин, создающие явные аллюзии к образам умственно-неполноценных, явно ненормальных лиц с признаками психических и поведенческих отклонений – всё это также направлено на формирование ложно-негативного образа.

Сам текст песенного сопровождения (вокальной составляющей) исследуемого сценического номера является совершенно бессвязным, стилистически сниженным, «рваным», не обладает сколь-нибудь значимой культурной ценностью:

«Шо там хорохорится? Ой, красавица
Ждешь своего юнца? Ой, красавица
Тебе уж за 30, алло, где же дети?
Ты в целом красива, но вот, похудеть бы
Надень подлиннее, надень покороче
Росла без отца, делай то, что не хочешь
Ты точно не хочешь? (Не хочешь, а надо)
Послушайте, правда, мы с вами – не стадо
Вороны, прошу отвалите-е-е…
Борются, борются.
Все по кругу борются, да не молятся.
Сын без отца, дочь без отца.
Но сломанной family не сломать меня…»

Такой текст создан его авторами с полным осознанием того, что посредством этого текста и сценического номера в целом осуществляется формирование дисфорически-пейоративного, крайне уничижительного (выраженно русофобского) образа русской женщины.

Сценический номер «Russian Woman» переполнен крайне негативными эпатирующими публику элементами и особенностями, создающими заведомо искаженный (ложный) и негативный образ представительницы русского народа, существенно диссонирующий с действительной русской национально-культурной идентичностью.

Тот факт, что номер создан для «Евровидения», увеличивает масштаб публичного оскорбления до международного.

Перед нами классическая схема публичного выражения неуважения (причём в высокой степени выражения), «ксенофобной» ненависти и нетерпимости исполнительницы сценического номера (М.Д. Сангин) к другому народу (даже не к отдельным представителям другого народа, а именно ко всему другому народу, в данном случае – русскому) в форме активных публичных действий.

Совершенно определённо, ответные чувства оскорблённого возмущения, негодования, реакции протеста на столь явное жестокое оскорбление, уничижение русских женщин могут прогнозируемо привести (к сожалению, с весьма высокой степенью вероятности) к ответной негативной реакции в отношении всей этнической группы таджиков и, даже более широко, представителей среднеазиатских народов. Тем самым, этот ролик активно провоцирует и возбуждает религиозную и национальную ненависть и вражду между русскими людьми и указанной этнической группой.

Более того, учитывая этноконфессиональную принадлежность композиторов музыкального сопровождения этого (исследуемого в настоящем заключении) сценического номера (Ори Авни и Ори Каплан) сценический номер Манижи «Russian Woman» объективно направлен также и на дестабилизацию русско-еврейских и христианско-иудаистских отношений, провоцирует и возбуждает религиозные и национальные рознь, ненависть и вражду между русскими и евреями.

Подмена объекта пародирования в сценическом номере М.Д. Сангин на еврейскую женщину, таджикскую женщину, польскую женщину и т.д., совершенно очевидно, вызвала бы скандал международного масштаба. Более того, это было бы квалифицировано как грубейшее нарушение уголовного законодательства в любом зарубежном демократическим правовом государстве.

Эксперты пришли к выводу, что публичное распространение аудиовидеозаписи указанного сценического номера посредством телевещания и размещения в информационно-телекоммуникационных сетях, в том числе в сети «Интернет» и в социальных сетях, наносит серьёзный вред конституционно защищаемым ценностям (межнациональному миру и согласию, достоинству личности, культурной самобытности и культурной идентичности русского народа и других народов России), грубо нарушает законодательство Российской Федерации, в числе прочего – образует признаки состава преступления, предусмотренного статьёй 282 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Полный текст экспертного заключения можно найти здесь.