Культура ВРН

В самом центре Воронежа, недалеко от кинотеатра «Пролетарий», на углу улиц Карла Маркса и Фридриха Энгельса, стоит гимназия имени академика Басова. Раньше это была школа № 58, и ее запросто называли «с математическим уклоном». До войны же номер школы и вовсе был тринадцатый. По распространенной примете число «13» считается несчастливым. Однако даже такие незыблемые в нашем сознании стереотипы на самом деле срабатывают далеко не всегда.

Кстати,  если говорить о математической подготовке, то довоенная школа с «несчастливым» номером являлась очень даже сильной, так что нынешняя гимназия может похвалиться богатой родословной и славной преемственностью.

Углубленное изучение «царицы наук» не прошло бесследно для многих и многих учащихся этого учебного заведения. Все, кто ставил перед собой цель, ее добивались. Учились, конечно же, по Киселеву! Кто-то стал известным человеком, кто-то – не очень, но один из ее выпускников, прославивший и наш город, и нашу страну, стоит особняком. Это Нобелевский лауреат, «отец лазера» Николай Геннадиевич Басов.

Родился Николай Геннадиевич в Усмани липецкой, но всегда подчеркивал, что «Воронеж для меня значит очень многое». Он закончил тринадцатую школу в 1941 году, а когда началась война, как и многие его сверстники, рвался бить врага, судьбе же было угодно, чтобы Басов стал слушателем военно-медицинской академии. Став военфельдшером, наш земляк выпускается из академии в звании лейтенанта и повоевать все-таки успевает.

Уже в конце войны, а дело было в Польше, батальон химзащиты, в котором служил Николай Басов, обнаружил немецкий подземный завод. Раз подземный, значит – со своей тайной? Так оно и оказалось. На том заводе на людях испытывалось сверхсекретное химическое оружие. Взвод, в котором служил фельдшер из Воронежа, завод уничтожил и задание выполнил, но, несмотря на принятые меры предосторожности, многие солдаты отравились и угодили в госпиталь. Басов, совсем ослепший, с разрушенным организмом и 5% гемоглобином, по большому счету признаков жизни не подавал. Доктора посмотрели больного и вынесли вердикт: «Дотянет до утра – уже будет чудо».

Чудо все-таки свершилось. Утром, на обходе, «смертника» не оказалось на койке. Он выжил! И сбежал из госпиталя.

Кто знает, силы какого порядка проявили себя в этом случае, но невероятное стало очевидным.   

Николай Геннадиевич школу № 13 заканчивал, однако первые восемь лет он учился в другой  школе – № 1. Это старинное здание на улице Володарского, недалеко от ВГУ. Ныне это школа № 11, и до войны она являлась одной из самых престижных. Николай попал в нее благодаря отцу, известному ученому-лесоводу, продолжателю дела Докучаева. Да и жили Басовы не в центре, а в городке СХИ. Из тех времен сохранилось любопытное фото, на котором семикласснику Басову сотоварищи то ли в шутку, а скорее всерьез, вывели дарственную надпись: «Будущему академику Коле Басову».

В 1946 году Николай Геннадиевич становится студентом московского механического института, там же в 1950 году поступает в аспирантуру. Однако двумя годами ранее он начинает работу лаборантом в судьбоносном для него Физическом институте имени П.Н. Лебедева Академии наук СССР. Под руководством знаменитого А.М. Прохорова возникает их плодотворное сотрудничество, приведшее, в результате, к «открытию века».

Год 1964-й в летопись нашего города вписан красной киноварью. В тот год воронежец Феоктистов полетел в космос, а Н.Г. Басову, А.М. Прохорову и Чарльзу Таунсу присудили Нобелевскую премию «за фундаментальную работу в области квантовой электроники». Создателем мазера – несветового генератора - признан именно Басов.

В 1959-м Басов получил Ленинскую премию. Потом были две звезды Героя и пять орденов Ленина…

В 1961 году наш гениальный земляк выдвинул идею нового, лазерного подхода к проблеме термоядерного синтеза и начал исследования для создания необходимой лазерной и мишенной техники.

Через десять лет Басов создает установку «Кальмар», а еще через десять запускает термоядерный «Дельфин-1», проектирует вместе с врачами лазерные приборы, без которых трудно представить современную хирургию.

Безусловно, официальной вершиной научной деятельности Николая Геннадиевича Басова стало получение им Нобелевской премии, но ведь кроме официоза есть еще людская память и людская благодарность. Мир лазерной физики Басова не забывает, и это тоже безусловно.