Культура ВРН

Я говорю о скандальном спектакле Алана Плателя «Гардения». Давно не видела, чтобы люди в таком количестве уходили с представления. И уходили, как мне кажется, по простой причине – они не поняли, о чем это. А еще точнее – не поняли, зачем это. Зачем грубые шутки ниже пояса, наряженные в аляповатые женские платья пожилые мужчины, физиологичная и отталкивающая, стареющая человеческая плоть, песня «Темная ночь» и угловатый танец полуобнаженного русского мальчика. Они не увидели в этом проблемы и не увидели никаких чувств и переживаний, кроме бессмысленного желания эпатировать публику.

Говоря о постмодернистской философии по отношении к этому спектаклю, я не пытаюсь блеснуть умным словом, а стараюсь передать суть произошедшего. Хотим мы того или нет, но все мы уже давно живем в мире постмодернизма. Мир – это хаос, абсурд и парадокс. И основной принцип этого мира – плюрализм (понимаемый как разнообразие и вседозволенность). Не существует патологии, потому что нет нормы. А если нет нормы, значит, всякая игра дозволена. Все просто и круг замкнулся. Именно по этим правилам играют герои «Гардении» (не живут, а именно играют). Они обманывают зрителя своей показной веселостью, танцами и шутками. Временами ты даже веришь и невольно начинаешь улыбаться. А потом всматриваешься пристальнее в действие на сцене – и начинаешь плакать, потому что радоваться-то нечему. То, что происходит, абсурдно, но от этого оно не становится менее болезненным и грустным.

Итак, занавес! Приготовьтесь ко всему, леди и джентльмены, вы присутствуете на спектакле о великом Выборе. Или великой Игре (что в данных условиях почти одно и тоже). На сцене – 9 человек, и кто из них мужчина, кто женщина, вы не поймете до конца спектакля. Они – артисты кабаре трансвеститов на окраине Барселоны, и вам посчастливилось попасть на последнее представление перед закрытием. Перед нами стоят постепенно стареющие мужчины с уже выделяющимся животиком и намечающейся лысиной. Они - в строгих костюмах, белоснежных рубашках и начищенных ботинках. Вперед выходит самый высокий и статный и поет трогательную мелодичную песню «Somewhere over the rainbow», потом он по очереди называет своих товарищей и они вытягиваются, как солдаты на плацу. У каждого из них – своя грустно-абсурдная история, связанная с сексом, насилием и поиском себя. Весь сюжет можно описать глупой фразой «цирк уехал, а клоуны остались». Именно так.

Это – отправная точка спектакля, из которой мы уходим, чтобы уже не вернуться никогда. Все относительно ясно только первые минуты, а потом ты уже никак не можешь проассоциировать этих солидных представительных мужчин с проститутками из кабаре. Но выбор сделан, и процесс запущен. Постепенно под музыку они начинают переодеваться и на наших глазах, перевоплощаются в очаровательных представительниц женского пола. И хотя перед нами все еще мужчины, но движения и пластика – абсолютно женские. «Красавицы» дают нам возможность полюбоваться собой, на несколько секунд, застывая в кокетливых позах a la Мэрилин Монро, как будто перед объективом фотокамеры. Они уже погружены в игру, и ты веселишься вместе с ними. Легкая музыка, веселые шутки, яркие наряды… И вдруг все это резко прерывается – как будто герои вспоминают, где они находятся. Быстро собирают вещи, неуклюже натягивают костюмы. Звучит еле слышная, нагнетающая настроение музыка, и перед нами снова одинокие стареющие люди, один на один сражающиеся с надвигающейся смертью и забвением. Их жизнь вертелась вокруг игры, легкости и кабаре, но теперь оно закрывается, а им придется искать новые способы существования.

И так весь спектакль – они всегда где-то «между», за границами мужского и женского мира. Их выбор – попытка преодолеть свою человеческую данность, выбраться за рамки тела. Благодаря им, у зрителей появляется уникальная возможность прокрутить события назад во времени и попытаться понять сущность и особенности выбора. Выбор.. . это как далекая звезда, которая может погаснуть тысячи лет назад, но ее свет будет доходить до нас до сих пор. Герои кинули жребий. Вышли из отправной точки – своего мужского начала – много лет назад, но так и не пришли в конечную. Как результат - космическое одиночество, километры безвоздушного пространства и полная невозможность достучаться до другого человека. И когда ты понимаешь это, больше уже не веришь веселью, плоским шуткам про гомосексуализм и ярким нарядам. Разгадка в том, что они – страдают. И это единственное основание, по которому один человек может понять другого человека. «Гардения» предстает перед тобой как прекрасный и удивительный сад, где каждый из нас – как цветок, достойный внимания и сочувствия.

Каждый из них показывает свой номер – поет или танцует, устраивает дефиле, но ты уже не веришь ничему, кроме этой боли. И особенно искренним моментом, кульминацией спектакля выглядит танец артиста балета (русского мальчика, если по Достоевскому), который сближается с женщиной (кажется, это была именно женщина), отталкивает ее, мечется, а в конце просто падает и шепчет: «Помогите». И тогда ведущая артистка (придумавшая этот спектакль Ванесса Ван Дурме) садится рядом с ним на пол и сдавленным голосом говорит очень простую и нужную в этот момент вещь: «Жизнь – это карточная игра. Иногда ты вытягиваешь удачную карту, а иногда… Но вне зависимости от этого, игра все равно продолжается». И основной смысл всего действа сводится именно к этому: мы проигрываем, но проигрывают честно, не теряя надежды вытянуть счастливую карту. Мы пока не находим, но мы хотя бы ищем опору в жизни, способ преодолеть одиночество и приблизиться к другим людям.

Не знаю, как люди увидели в этом пропаганду гомосексуализма и трансгендерности, скорее уж это антипропаганда. Удивительно свежий, «незамыленный» взгляд на наше общество и всю европейскую культуру, которая дает человеку полную свободу выбора, и при этом, абсолютно не интересуется, что будет чувствовать человек, когда этот выбор уже сделан. Потому что оказывается, что со своей свободой еще и приходится как-то жить; иногда – долго и мучительно. Я хочу подчеркнуть, что не придерживаюсь либеральных взглядов и равнодушно отношусь к проблемам людей с нетрадиционной сексуальной ориентацией и трансгендерам. Даже больше – считаю эти явления подрывающими институт семьи и брака и представляющими определенную опасность для общества. Но спектакль – гениальный, и абсолютно не об этом. Он – о жизни каждого из нас, кто делает свой выбор, ошибается, и иногда даже тратит на эту ошибку всю свою жизнь – но ничего, в играх такое случается.

В конце действие превращается в настоящее представление артистов кабаре. Невообразимые наряды, блеск, яркость, танцы, как пир во время чумы – наперекор судьбе, времени и даже своей собственной сущности. Потому что, даже если ты ошибся, не все потеряно, и всегда есть шанс не только вытянуть счастливую карту, но и в очередной раз выйти за рамки, перерасти самого себя.