Культура ВРН

- Когда я слушала эту оперу, то невольно волновалась, будто это моя жизнь и всё сейчас происходит со мной. Юрий, как Вам удаётся не волноваться и исполнять партию безукоризненно, примеряя при этом на себя переживания вашего героя?

- У артиста всегда есть волнение, когда он выходит на сцену. Ведь это новая публика, возможно, новый театр. Сейчас я в Воронеже впервые. И чтобы перебить волнение, надо войти в образ. Тогда ты уже волнуешься не за себя, а за свою дочь, отца которой ты играешь. Волнение есть перед сценой, на сцене его уже нет: ты там на своём месте, назад пути нет, надо только вперёд. Поэтому и тревога уходит. Нужно войти в образ, выключить мозг и работать с эмоциями персонажа.


- Опера прекрасна, но, увы, непопулярна сейчас, особенно у молодежи. Ольга, почему Вы выбрали оперу?

- С детства ходила в театр, но, в основном, на оперетты и балет. В 8 лет я впервые побывала именно в Мариинском театре. Мы пошли на «Иоланту». Это был шикарный спектакль, я просто влюбилась. Поняла, что хочу быть на сцене именного этого театра. И когда мы вернулись из Санкт-Петербурга, то уже сразу началась музыкальная школа и так далее.

- «Иоланта» определила Вашу судьбу?

- Иоланта» – знаковый для меня спектакль, потому что это первая опера в моей жизни, которую я послушала. Первый спектакль, в котором я выступила как солистка, это был мой выпускной спектакль 3 года назад. И сейчас я возвращаюсь в Воронеж тоже с «Иолантой». Во всем виноват Мариинский театр – попала туда, и душа осталась там. Воронежский театр тоже особенный для меня – первый театр, на сцене которого я поняла, что такое спектакль. Это своеобразное действие, когда ты перевоплощаешься, вживаешься в роль абсолютно другого человека, и ты испытываешь не свои эмоции, а чужие. И это порождает в тебе много всего. Даёт тебе новый опыт.


- Какой опыт Вам подарит этот фестиваль?

- Есть возможность спеть новые партии, дополнительная работа с оркестром. Каждая возможность выступления для меня имеет особую ценность, – говорит Ольга.

- А для Вас, Юрий, что значит этот опыт?

- Опыт – это всегда обмен между артистами, дирижёром. Артист должен быть, как губка. Должен слушать, что дирижёр говорит, смотреть, как коллеги работают. В каждом человеке есть зерно, которое нужно для твоего полноценного профессионального формирования. Даже если человек уже профессионал, он не может остановиться на этом. Ему всё время нужно дополнять и дополнять себя. Чем больше ты работаешь на сцене, видишь зрителей, приносишь им радость, тем больше твоя награда. Ты зрителя можешь довести до слез, до смеха, смотря какая партия. Может, у человека горе, его вывели в этот театр, а ты сумел до него достучаться, и он рассмеялся, или же заплакал ещё сильнее. Важно достучался до сердца зрителя. Это очень важный опыт, этому нужно учиться всегда, всю жизнь.


- Что помогает Вам всегда хотеть делиться со зрителем чувствами и эмоциями?

- Этому способствует сама жизнь в профессии. Постоянно знакомясь с новыми людьми, вы обмениваетесь энергией, всё время обретаете что-то новое. Это помогает держать себя в хорошем настроении. Много в мире депрессии, негатива, но нужно избавляться от этого. Давайте начнём с себя самих: быть всегда радостным, дарить это людям. Я вижу в этом своё призвание: дарить наслаждение высоким искусством. Мы так будем менять мир, – отвечает Юрий.

- При том, что зал был практически заполнен, на спектакле «Иоланта» молодых людей было немного. Молодёжь к опере потеряла интерес, почему так происходит, или такая проблема только в Воронеже?

- Многое зависит от рекламы, наверное. Сейчас, чтобы зацепить молодёжь, можно через социальные сети афишировать всё. Может быть, сложился в какое-то время стереотип у молодого русского зрителя, что опера – это скучно, непонятно. Это проблема решается рекламистами, правильным позиционированием. Всё же я вижу сейчас тенденцию возвращения к опере. На западе опера считается самым популярным видом искусства. Опера – это концентрированная эмоция. Это весь эмоциональный спектр с различными оттенками. И когда исполнитель вкладывается в свою партию, в музыку, это пробивает в людях умение чувствовать. Мне кажется, сейчас вообще это очень важно, потому что мир изменился, стал таким неживым. Опера помогает вспомнить, что есть такая штука, как душа, она может страдать, любить, сопереживать, – считает Ольга.


- А что Вы думаете, Юрий, чем можно привлечь молодёжь в оперные театры?

- Есть государственная программа знакомства молодёжи с оперным театром. Её проводят в Мариинском театре благодаря Валерию Абисаловичу Гергиеву и при помощи государственного финансирования. Туда привозят детей из разных регионов, их знакомят с закулисьем театра. Потом мы им показываем маленькие спектакли, чтобы дети узнали, что не всё так плохо, а наоборот, весело. И когда ты работаешь в таких спектаклях, а потом тебе дети аплодируют, встают и кричат «Браво» – ты понимаешь, что сумел достучаться и до них, а с детьми и подростками это сложнее. Я понимаю, что это поколение с гаджетами такое же, как и все другие. Компьютеризация, к сожалению, убивает живое общение, но когда человек видит настоящие эмоции другого человека, он не может устоять. Рано или поздно он придёт снова. Даже если опера не будет пропагандироваться, она и через сто лет будет иметь большую популярность, потому что в ней есть живая музыка, поют живые люди, они дают настоящие живые эмоции. Это мир, в который приходишь и получаешь живые эмоции. Оперный театр будет популярен всегда, потому что он живой.