Культура ВРН

Денис Драгунский – российский филолог, политолог, журналист, автор сборников «Нет такого слова», «Плохой мальчик», «Третий роман писателя Абрикосова» и «Господин с Кошкой». Писатель, чьи книги входят в шорт-листы таких литературных премий, как «Большая книга», ответил на вопросы нашего корреспондента.

– Денис Викторович,  Вы росли в творческой семье: отец – писатель, мать – актриса, сестра – драматург… Как семейная атмосфера повлияла на вас?

– Замечательно повлияла! Главным образом потому, что мой отец – писатель. И общение с людьми, которые были у нас в гостях, много дало. К нам приходили очень интересные гости: писатели, поэты, художники, артисты. И, конечно, я жил в такой атмосфере, которая меня и приволокла в литературу. Несмотря на то, что я сопротивлялся: ногами дрыгал – хотел стать ученым-филологом. Но все равно стал писателем.

– Как Вы считаете, стоит ли читателям ориентироваться на шорт-листы литературных премий?

– Стоит ориентироваться. Надо же кому-то верить.  Сначала 2-3 года ориентируешься на шорт-листы, а потом у тебя вырабатывается свой вкус в выборе чтения. Конечно, литературные премии имеют свою политику, но даже принимая это во внимание, они – не полный отстой.

 – Как Вы пришли к решению выкладывать свои рассказы в «Живой Журнал»?

– Изначально у меня был политический блог. Потом, когда для политических целей он уже был не нужен, я решил не оставлять его и стал писать там воспоминания из детства, потом – рассказы. Я вспоминал про свою молодость, про то, какую я книжку в первый раз прочел, про то, с кем я встретился. Писал юмористические рассказы. А потом пошли рассказы косяком.

– Вы считаете, что литература должна быть в свободном доступе. Не убыточно ли это для автора?

– Каждый автор решает для себя – выкладывать ему текст в интернет или нет. Я выкладываю. Может быть мне легче потому, что я зарабатываю журналистикой. Поэтому я могу себе позволить выкладывать тексты в виртуальное пространство. Кроме того, я считаю, что если книжка висит в интернете – ее обязательно купят в бумажном виде. 

– Вы  предпочитаете малую форму. Что повлияло на формат Ваших текстов: формат «ЖЖ» или творчество Вашего любимого писателя Чехова – мастера короткого рассказа?

– И то и другое, но формат «ЖЖ» меня воспитал. Я считаю, что надо писать коротко: такие рассказы, которое можно будет читать в i-Phone.

– Как будет развиваться издательский рынок в связи с новыми технологиями?

– Я думаю, что все уйдет в ридеры. У меня есть такая мечта: в ридеры будут заправляться рассказы со специальными программами. Например, будет популярен роман «Война и Мир» со специальной программой навигации, чтобы можно было выбрать все про Наташу Ростову, про любовь, про войну, про смерть…

– Вы хотите сказать, что «Войну и Мир» будут читать по частям?!

– Специально скомпонованную по частям.

– Интересно, понравились бы такие метаморфозы Толстому?..

– Извините, граф, извините: технологии развиваются! Тем более, что Толстой был технологически продвинутым человеком. Катался на велосипеде и первым стал использовать диктофон. Когда Толстому подарили фонограф, он стал на него диктовать письма. До Льва Николаевича никто не догадывался, что его можно использовать таким образом. А еще он говорил, что писатели должны создавать киносценарии. Любил смотреть кино и говорил, что можно много написать сценариев,  и люди смогут увидеть то, что хочет донести до них автор.

– «Третий роман писателя Абрикосова» состоит из довольно длинных рассказов и одной повести. Ваша литературная форма растет, а дорастет ли она до романа?

– Не уверен, не уверен. Может будут еще какие-нибудь повести… Но роман – вряд ли. Потому что большой роман должен быть с несколькими сюжетными линиями, с народными массами, с политическими событиями… Меня не хватит.