Культура ВРН

В фильме всего 4 актера: Ирина Апексимова, Константин Юшкевич, Дмитрий Марьянов, Гоша Куценко. По сюжету, трое бывших однокурсников собираются на квартире поболтать под водочку и вспомнить юность. Бизнесмен Марк, автодилер Геннадий, хозяин квартиры — физик и неудачник Анатолий. Он-то и приглашает в гости звезду их курса Майю, в которую все трое были влюблены 20 лет назад. Разговор на четверых не клеится, пока не начинается игра в правду. Друзья узнают друг о друге то, чего, возможно, предпочли бы не знать.

Вот что пишут критики:

«Первоначально «Игра в правду» — очень популярный у широкого зрителя и ненавистный утонченной публике антрепризный спектакль по пьесе француза Филиппа Лелуша о встрече троих однокурсников с одной однокурсницей после многолетнего перерыва. Иногда «Игра в правду» наводит на мысль, что для задуманного психологического эффекта совсем необязательно делать женщину полноценным участником диалога, достаточно оставить ее воображаемым объектом обсуждения. Тем более что в случае надобности хорошие актеры и сами могут прекрасно изобразить женщин — например, когда речь заходит о девушках, не умеющих целоваться, и надо наглядно изобразить всю отвратительность этого неумения. Мужские игры типа бобслея, который трое друзей изображают, лежа на полу, немного превращают «Игру в правду» в киномальчишник, аналогичный комедии «О чем говорят мужчины», но все это носит довольно необременительный и приятный характер. Если что-то и омрачает встречу однокурсников, то избыток звучащей за кадром лирической музыки, а не гастрономическое недоразумение: жарящаяся в духовке утка оказывается тривиальной курицей».

Лидия Маслова, kommersant.ru


«В киноленте Виктора Шамирова актерская игра поистине великолепна: захватывающая, бескомпромиссная, эмоциональная, пестрая — и ни капли сомнений в правдивости чувств. Средства выразительности кинематографа усилили изначально театральную постановку пьесы Филиппа Лелюша. Зритель после премьеры восторгался, обращаясь к Ирине Апексимовой: «Вас было так хорошо видно! И так хорошо слышно! Чего не скажешь о спектакле...» Картина «Игра в правду» — это тот пример, когда поцелуй театра и кино родил замечательное произведение, которое ничего не потеряло ни как спектакль, ни как фильм».

Антон Широких, kino.myvi.ru


«На экране это и остается, по сути, спектаклем, но не столько о четырех друзьях, учившихся когда-то вместе и встретившихся вновь, сколько о той специфической культуре антрепризы, которая сложилась в России за два десятилетия и породила особый тип актера и зрителя. Клишированность и утрированность героев и ситуаций — первое и непременное правило этой культуры, и фильм полностью ему отвечает... Мы уже столкнулись с тем, что, например, в современном русском кино нет образа работы и работающего человека. Теперь выясняется, что нет и образов дружбы. Их подменяют гэгами, которых здесь с переизбытком: «смешное» звучит с регулярностью метронома, отчего разговор и выглядит неестественным. Такой разговор на экране возможен только в одном случае — в формате «О чем говорят мужчины», разновидностью которого и является фильм Шамирова, несмотря на все попытки выдать его за «большое доброе кино».

Андрей Архангельский, «Игра в неправду», «Огонёк»


«Поставивший «Игру в правду» по пьесе Филиппа Лелуша Виктор Шамиров не из тех театральных режиссеров, кто, подобно Серебренникову или Вырыпаеву, пришли в кино с целью заговорить на новом для себя языке. Он скорее агент влияния театра на территории кинематографа. Человек, отлично осознающий, что, как бы ни был популярен спектакль, по широте охвата аудитории с фильмом он не сравниться. И что делать кино по законом антрепризы, с точки зрения привлечения зрителей, — не самый проигрышный путь. Именно так и снята «Игра в правду». Зрители, привыкшие в театре видеть актеров на среднем плане, теперь получили возможность любоваться «крупняками», а также периодически обнаженной спиной Ирины Апексимовой, которая (спина, как, впрочем, и сама Апексимова) действительно очень красива.
В нужных местах, когда опытный театральный режиссер понимает, что от бесконечной говорильни внимание публики начинает ослабевать, герои немного побегают, попрыгают, поиграют в «войнушку» или в «кто кого сборет». Потом вновь соберутся за круглым кухонным столом, чтобы задать друг другу требующие бескомпромиссно честного ответа вопросы.
Тем, кто будет настаивать, что это ни минуты не кино, легко возразить: какая разница, если люди смотрят».

Лариса Юсипова, «Известия»