Культура ВРН

В 16 лет Екатерина переехала из Воронежа в Лондон, где поступила в колледж, после него стала студенткой филиала Лондонского университета искусств – Chelsea College of Arts. Художница создаёт скульптуры из бетона и делает документальные фильмы, основанные на её перформансах. Потом Екатерина вернулась в родной город.

Начали встречу художники с приглашения на свадьбу, которая пройдёт в ближайшее время в Воронеже. Потом Екатерина перешла непосредственно к знакомству гостей с их творчеством:

– В первый раз мы с Майком начали работать вместе после выпуска из университета, когда он приехал в Россию на художественную резиденцию. Резиденция проходила интересным образом – в форме путешествия из Москвы в Абхазию через Воронеж, Ростов и Краснодар. Идея резиденции – исследование местности и затрагивание такой темы, как реляционная эстетика, возможность взаимодействия группы художников из разных стран с местными жителями.

В тот раз мы с Майком как-то отбились от общей группы резиденции, потому что никакой на самом деле реляционной эстетики там не получалось – приехала группа художников с целью взаимодействовать с местностью, но уже с эмпирическим взглядом. А мы просто стали исследовать эту местность, наблюдать за жизнью её людей. После поездки мы вернулись другими людьми.

Приехав обратно в Москву, мы провели выставку, где представили проект «Как не романтизировать руины». Он представлял инсталляцию в закрытой комнате.

Инсталляция же состояла как раз из найденной в заброшенных горных виллах книжки Льва Толстого «Казаки» и найденных там же фотографий семей, которые из-за политических конфликтов и смещения границ были вынуждены либо покинуть свою родину, либо их вообще были уничтожены. Вот, что сделали мы. А остальные люди из резиденции во время пребывания в Абхазии в основном занимались романтизацией руин – делали какие-то попытки устроить в этих заброшенных виллах выставки, рисовали на стенах, обыгрывать пространство. Мы пошли другим путём. Отсюда и название выставки. В данной инсталляции у нас получился такой орнамент из книг, с которым мы сталкивались в самой Абхазии.

Дальше в нашей инсталляции изображены московские стройки. И так разные слои накладываются друг на друга, олицетворяя разные исторические моменты и разные фрагменты пространства. Получилось довольно хаотично-абстрактное впечатление от нашей поездки, потому что это был первый раз, когда Майк приезжал в Россию. И это была первая работа, в которой мы оба участвовали как художники.


Следующее фото – с нашей недавней выставки в Воронежском Центре современного искусства, которая проходила в конце февраля.

Выставка была построена таким образом, что каждая комната - это хронологически-тематический блок наших работ.

Первая комната – это мои видео работы, которые были конечным пунктом долгого пути, который начался ещё тогда, когда я работала над бетонными скульптурами для отчетной выставки. В данной серии работ меня интересовал разрыв восприятия в визуальном и телесном. Мне было интересно исследовать создание такой ситуации, когда зритель, столкнувшись с работой, чувствует её на телесном уровне.

Эти скульптуры являются прототипами букв. Если их сложить, можно построить буквы любого алфавита. Но смысл не в том, чтобы выстраивать из них какие-то слова, а в том, чтобы создать ощущение, что они встраиваются в определенную систему.

Следующая работа была расположена так: часть внутри комнаты, а часть – снаружи. Это тоже такой комментарий на невозможность передачи языком и коммуникационной системой всего, что у тебя в голове, своих мыслей.

Но когда я поставила работу в контекст экспозиции, она как будто для меня умерла. Сколько радости и веселья было, когда я делала скульптуры, думала, как что расположить. Я так привязалась к скульптурам, что мне захотелось развить всё телесное взаимодействие с ними.


Куда уходит скульптура, когда нельзя забрать ее домой? Этот вопрос возник, когда у меня заканчивалась виза, и мне надо было возвращаться в Россию после 6 лет. Я решила оставить эти скульптуры как якоря в пространстве своего длительного присутствия в нём. И мы с Майком развезли скульптуры по Англии, оставив в каких-то сентиментальных местах, к которым я душевно привязана. Когда я убираю объект из пространства галереи и переношу его в реальный мир, взаимодействие объекта с ним ещё больше становится явным, плюс появляется какая-то поэтичность, потому что эти знаки, буквы, оторванные друг от друга, принадлежат одной системе, но разбросаны по разным местностям, как слова на странице.

Много работ у нас на исследование возможности переноса дигитального пространства в настоящее.


Следующая работа – Майка. Это его ощущения после наших разговоров в Skype. Майк видит меня, но не чувствует.

Ещё одна серия работ называется «10 способов». Когда мы стали жить в разных странах, давали друг другу художественные задания. Я дала Майку задание придумать 10 способов как меня перенести к нему.

В основном, картинки получились абсурдными: вот я попала в тоннель, вот себя по почте отправляю, вот строю бетонную лодку из своих скульптур. И последняя картинка заинтересовала меня – а возможно ли это?

Ещё когда мы с Майком учились на первом курсе и были лучшими друзьями, я часто говорила ему: «Давай построим бетонную лодку». Тогда он считал, что это бред: «Зачем тебе нужно, чтобы бетон плавал? Это бред какой-то».

Но потом мы подумали – а почему бы и нет? Наша первая выставка бетонных лодок прошла в Лондоне первого апреля, в день шутки.


Так сложились обстоятельства, что нашу первую лодку мы строили на крыше церкви, потому что другого места в Лондоне мы не смогли подобрать. Построив лодку, мы перевезли её на выставку, а через некоторое время начали испытывать на воде.

Было непонимание, как вообще получится снять её с крыши, поплывёт или не поплывет. Но из-за того, что мы задались целью осуществить мечту, из-за нашей веры, она поплыла. Для изготовления лодки мы использовали обычный бетон, просто добавляли в него агент, который делает бетон водонепроницаемым.

Вместимость лодки – 2-3 человека, держится на воде хорошо.

После выставки мы решили, что лодки больше не будем делать, потому что очень сложно, долго и устаёшь. Но через год мы решили, что к свадьбе сделаем ещё две лодки – наш символ. Они уже готовы, завтра едем скреплять их в катамаран.

Планировалось, что мы вплывем на свадьбу на этом катамаране, но у природа другие планы – лед на водохранилище не растаял.

Проблема у этих лодок одна – если в лодку зальется много воды и она немного наклонится, то пойдёт ко дну, и ничто её уже оттуда не извлечет.


Объявление

История искусства очень интересна и пробуждает в каждом человеке разные чувства. Предлагаем вам больше узнать о самых знаменитых картинах на сайте surzhyk.org. Вы по-другому посмотрите на картины, после того, как сможете прочувствовать их историю.