Культура ВРН

За последние 20 лет в атмосферу Земли выброшено более 3 млрд тонн метана. Хотим мы того или нет, но, чтобы выжить, нам придется противостоять более высоким выбросам метана в природе, в том числе от нагревания тропических водно-болотных угодий и таяния вечной мерзлоты Арктики. Самые мощные естественные выбросы метана происходят из водно-болотных угодий и сезонно затапливаемых лесов в тропиках, таких как бразильский лес Амазонии.

Учёный и путешественник Роб Джексон поделился с Guardian своими впечатлениями от поездки в Бразилию. Температура воздуха вокруг Мамирауа превышала 40°C в течение нескольких дней, а отсутствие дождя и облаков подогревало воды Амазонки на солнце. В озере Тефе, воротах в западную Амазонку, температура воды была выше 40°C на глубине от 3 до 6 футов.

Местный гидролог Аяном Флейшманн был в отчаянии. «Никто никогда не видел ничего подобного раньше. Я видел 70 туш речных дельфинов вдоль озера и одно животное, всё ещё агонизирующее. Было около 4 часов вечера, и было очень жарко. Я наблюдал, как дельфин плавал кругами, борясь за выживание. Это было ужасно. Мы не знали, что делать и как ему помочь». Мало того, что было жарко и сухо, так ещё и более 7000 пожаров бушевало по всему штату Амазонас.

Люди тоже страдали. Многие традиционные народы, живущие в общинах вдоль реки не могли добраться до больниц или найти еду или воду, поскольку уровень воды был слишком низким для путешествия на лодке. На новостных фотографиях были изображены отчаявшиеся люди, вручную копающие колодцы для питьевой воды в высохших руслах рек.

«Я никогда не думал, что доживу до того, чтобы увидеть, как рушится мировая погода, и как люди так сильно страдают из-за этого», – говорит Роб Джексон.

Он продолжает:

Тропические бассейны, такие как Амазонка и Конго, — не единственные природные системы, о которых нам следует беспокоиться из-за выбросов метана. Арктическая тундра и торфяники также находятся под угрозой. Богатый органикой торф образуется в заболоченных средах с низким содержанием кислорода, где микробное разложение не может поддерживать рост новых растений. Работа, проведённая под руководством шведского ученого Густава Хугелиуса, показала, что северные торфяники накопили не менее 400 млрд тонн углерода со времени последнего ледникового периода — что эквивалентно почти половине всего углерода, который в настоящее время содержится в нашей атмосфере.

Углерод в торфе может попасть в атмосферу в виде углекислого газа через торфяные пожары или через микробное разложение, если вечная мерзлота оттает, а почвы в арктических и бореальных системах потеплеют. В качестве альтернативы, если оттаявшие торфяники станут болотистыми, микробы могут высвободить большую часть углерода в виде метана. Любой из этих сценариев будет ужасен для климата мира, но сценарий с метаном будет катастрофическим. Мы, скорее всего, получим немного от обоих; это начнётся медленно — возможно, уже началось — и достигнет кульминации.

Недавно я посетил Финляндию для проекта по восстановлению торфяников. Моим хозяином был Теро Мустонен, соучредитель и президент кооператива Snowchange, глобальной сети коренных культур, которая документирует наблюдения за климатическим кризисом на севере Канады, в Скандинавии, России и США.

«Северу для жизни нужны снег и лёд, — сказал он. — Изменение климата бьет по нам сильнее, чем где-либо ещё. Если убрать самую важную часть — холод, — катастрофа каскадом прокатится по экосистемам и культурам».

«То, что я и другие наблюдали в высокоарктической тундре, — сказал он, — это масштабное таяние вечной мерзлоты. Например, я проехал 1200 километров в небольшой открытой лодке по побережью Восточно-Сибирского моря. Километр за километром я видел, как рушатся стены вечной мерзлоты. Я слышал, как берег погружается в море. Также был странный запах, как будто у вас работает газовая лампа без искры».

«У меня не было слов, — сказал он, наблюдая, как на сотни миль вокруг него рушатся экосистемы. — Я решил: «Я должен нажать на каждую кнопку, которая у меня есть, чтобы донести, насколько всё плохо».

И это ещё не всё. Газовые плиты — ещё один существенный источник загрязнения среды обитания углекислым газом и метаном. Даже автомобили не сравняться с ними по вредоносности.

Обычная корова отрыгивает около 100 кг метана в год. Более миллиарда коров во всём мире и их навоз выделяют больше метана, чем мировая нефтегазовая промышленность.