Культура ВРН

Ограничения не только в Шанхае, но и по всему Китаю становятся всё более драконовскими. Мы называем это шанхайским эффектом. После того, как 25 миллионов человек оказались запертыми здесь, нечто подобное стало происходить и в других местах. Я живу в маленьком городке недалеко от Шанхая, и за последние несколько месяцев жизнь значительно изменилась, наши передвижения ограничены до предела.

Действительность такова: если в вашем районе есть один случай ковида, тысячи людей изолируются, а миллионы проходят повторное тестирование.

Всё, что нужно, это чтобы один человек в вашем многоквартирном доме дал положительный результат. После этого все жители и те, кто с ними контактировал, помещаются в строгий карантин. Подобные правила в сочетании со страхом отбивают у людей охоту жить нормальной жизнью. Каждый раз выходя на улицу, думаешь: вернусь ли я домой?

Школы закрыты наглухо. Большинство студентов университетов находятся в кампусах с октября прошлого года. Некоторые пытались взобраться на стены; некоторые в социальных сетях угрожают причинить вред себе и другим. Это создает бомбу замедленного действия для психического здоровья.

Как и в Шанхае, большинство жителей не могут покинуть своё здание, район, город. Очередь для ежедневных тестов на Covid стала обязательной в большинстве городов. Для входа в супермаркеты требуется пройти тест. Правила меняются внезапно, и часто добавляются новые сложности.

Технологические требования также ужесточаются. Недавно мне отказали во входе в супермаркет, потому что у меня не было нужных кодов доступа в приложении для мобильного телефона. Я вернулась домой с пустыми руками, а позже обнаружила, что приложение зависло. Это происходит регулярно, и люди остаются в затруднительном положении и не могут покупать еду и предметы первой необходимости.

Эти сложные правила и приложения для отслеживания не только препятствуют выходу людей на улицу, но и обеспечивают полное отслеживание каждого.

Политика здесь всегда отдавала приоритет в борьбе с вирусом над индивидуальными потребностями. Да, Китай выиграл первоначальный бой в Ухане. В то время реакция правительства соответствовала общественному страху и предполагаемой угрозе. Вирус был более смертоносным в 2020 году, и мы мало знали о нём. За последующие два года многое изменилось. У нас есть вакцина, и мы лучше справляемся с вирусом. «Омикрон» менее смертоносен, чем первоначальный вариант. Но ответ правительства остаётся прежним.

Борьба с вирусом превратилась из сохранения жизни в сохранение имиджа. Самая большая сила Китая во время пандемии — его способность бороться с вирусом — стала его слабостью. Те, кто любят Китай, ждут, сколько времени потребуется правительству, чтобы понять то, что видят все остальные. Мы просто надеемся, что они осознают это до того, как будет потеряно слишком много.