Культура ВРН

Новости о поисках пропавшего малазийского лайнера почти не появляются в китайской, австралийской прессе, не говоря уже о французской, немецкой, испанской, японской, бразильской... И только в России и США этой теме по-прежнему уделяется значительное внимание. Не потому, что прессе хочется спекулировать на трагедии. Людей живо интересует, что же случилось с самолетом, и СМИ стараются удовлетворить этот интерес. Как подметило агентство Associated Press, американцы словно одержимы этой тайной. В марте новости о поисках пропавшего «Боинга» считали главными 39 процентов американцев, в апреле – 33%. Спад, как видим, невелик, несмотря на то, что безрезультатные поиски ведутся уже 44 дня.

Спустя полтора месяца после исчезновения самолета, новости о нем остаются на третьем месте по числу запросов в поисковике Google.

В чем причина этого неослабевающего интереса? Прежде всего, эта история имеет все признаки гениального детективного романа или блестящей драмы. Неразрешимая тайна, гонка на время, накал эмоций... Удачно вписывается в это контекст сериал «Остаться в живых» (Lost), имевший высокие рейтинги как в Америке, так и в России. Ситуация из мира вымышленного отчасти спроецировалась на мир реальный.

И все-таки это не ответ на вопрос, почему в одних странах почти забыли об этой истории, а в других продолжают ее переживать. Американцы не понимают, как можно потерять без следа огромный самолет в мире, где положение каждого смартфона нетрудно отследить с точностью до метра. И это очевидное противоречие их беспокоит.

Граждане сверхдержав интуитивно ощущают свою ответственность за судьбы мира, за то, чтобы ничего подобного не могло произойти с другими самолетами, другими людьми. Ведь если мир никогда не узнает, что же произошло с MH370, аналогичные трагедии могут стать серийными. Да и примирится с тем, что тайна навсегда останется тайной, так же трудно, как осознать бесконечность Вселенной.