Культура ВРН

В Воронеже осталось немало свидетелей последней великой войны. У всех у них своя неповторимая судьба, будь то человек, улица или дом.

Сразу после основания Воронежа возле крепости выросла Стрелецкая слобода, и ее старшина Никита на свои средства построил деревянный храм во имя Николая Чудотворца. Соседкой Стрелецкой оказалась слобода, прозванная в народе Напрасной, и у ее жителей, естественно, тоже  имелся храм – во имя Св. Димитрия. В огромном городском пожаре 1703 года обе церкви сгорели, но на месте Дмитриевской в 1712 – 1720 годы возвели каменный Никольский храм. Он и поныне стоит там же и хорошо знаком всем воронежцам. Будто мудрый старец, Никольский храм с высоты прожитых веков с пониманием относится к нам, живущим сегодня. Любой может зайти сюда для обретения мира и лада в душе.

Наш Никольский храм, еще тот, деревянный, освящали во имя Николы ратного, Николы-воина. И хотя Воронеж со временем превратился в глубокий тыл, именно Никольской церкви суждено было стать твердыней, выстоявшей в ту страшную войну. Несмотря ни на что.

Церковь, державшуюся до последнего в тридцатые годы, прикрыли только в 40-м. Однако 5 февраля 1942 года митрополит Сергий благословил возобновление богослужений в Никольском храме.

В июле 42-го началось. Фашисты прорвались к Дону, 4-го числа на наш город враг сбросил более 6000 бомб. Вскоре немцы ворвались в Воронеж. На улицах кипят схватки, в небе тоскливо воют самолеты, а священник Никольской церкви Иоанн Поворинский вместе с прихожанами не перестает молиться о даровании победы русскому воинству. 31 июля фашисты храм все же закрыли и намеревались его ограбить, но псаломщик Кесаревский вынес и спрятал все святыни, не оставив их на вражеское поругание. И вовремя.

Усилились бомбардировки и артобстрелы, все каменные здания немцы превратили в укрепленные точки. Для данной цели храмы служили прекрасным объектом, особенно колокольни. На Воскресенской церкви фашисты устроили наблюдательный пункт. Удобной оказалась позиция и на верхушке бывшего полицейского управления. Ну, а Никольскому храму отвели роль острия этого своеобразного оборонного треугольника.

В конце января грянули решительные бои за освобождение нашего города. В куполе Никольской церкви (идеально!) засел немецкий пулеметчик. Жарко полыхали купола храма. В темном от копоти стылом небе пороховая гарь оседала грязными хлопьями, будто черный снег.

25 января Воронеж освободили от фашистов. Среди пепелищ и пожарищ Никольский храм оставался несокрушимым исполином, хотя израненным и искалеченным. Бессильно грызли его стены снаряды, земля вокруг вперемежку со смерзшимся снегом была вспорота и выворочена смертоносными зубьями.

Церковь порядком погорела, слепыми и жуткими провалами зияли глазницы окон. Внутри пустота, пыль и гулкие звуки, издаваемые хрустящими под ногами обломками. Вот впечатления тех первых, кто вошел в храм. На удивление, лик Николая Чудотворца не пострадал, остальная же роспись на иссеченных стенах молча кричала о скорби.

Никольский храм восстановили очень быстро. Вскоре возобновились первые в Воронеже службы. При церкви организовали комитет по сбору средств на оборону страны и на помощь Красной Армии, за что в 1945 году настоятель Евгений Лукин и староста Матрона Белоусова удостоились от правительства благодарственного письма. При Никольском храме разместили кафедру епископа. Архиепископ Иона (Орлов), первый после освобождения Воронежа, похоронен при Никольской церкви.

В боях за Воронеж шли «За Родину!», шли «За Сталина!», а многие, перекрестившись, шептали: «Никола Угодник, спаси-сохрани!». И великий Чудотворец спасал и хранил. Девушки саперы перед тем, как сыграть со смертью в ежедневные «жмурки», бывало, заходили в Никольскую церковь. Старожилы вспоминали, как не раз в дни оккупации храм спасал их от угона на работы и даже от расстрелов.

Первую панихиду 43-го в освобожденном Воронеже отслужили по убиенным. Давайте же и мы в канун светлого и великого праздника – Дня Победы, помянем всех тех, кто пал «За други своя». Вечная им память и вечная слава им.