Культура ВРН

Фактически до последнего дня жизни Михаил Александрович продолжал выходить на сцену, строил планы на будущее. Он относился к числу тех людей, которые не мыслят свою жизнь вне театра. Турчанис, привыкший всегда говорить правду в лицо, не взирая на чины и звания, рассчитывал на то, что будет услышан, понят, что последующие поколения артистов проникнутся такой же любовью к оперному искусству, которую он сам хранил в сердце до последней минуты.

Его коллега по театру, известный в прошлом солист оперы, а сегодня режиссер Альфред Мелуха вспоминает: «Михаил Александрович был артистом старой формации. Приходил в театр до начала спектакля за два часа, тщательно готовился, гримировался. И к первому звонку, который дается за полчаса до начала представления, уже был во всеоружии. Ходил по коридорам, за кулисами, что-то бубнил себе под нос, повторяя роль, которую знал наизусть. Он мне запомнился, как последний из могикан, как фанат (в хорошем смысле слова) оперного театра. Его творческая натура не знала покоя. Он всеми фибрами души переживал за театр, постоянно думал о нем. Его уход для меня стал неожиданным и очень болезненным. Ведь еще несколько дней назад мы шли вместе с ним от театра и по дороге беседовали об искусстве, о жизни в театре. Так сложилась судьба Михаила Турчаниса в последнее время, что родной театр был для него самым главным в жизни. И вот теперь от порога второго дома мы проводили его в последний путь».

Воронеж с юных лет занял в душе Михаила Александровича особое место. Здесь в 1964 году он окончил музыкальное училище в классе известного в ту пору преподавателя Нины Синицыной. Позже он окончил вокальный факультет Московской консерватории. Работал в театрах Перми, Улан-Удэ, а с 1979 года стал солистом оперы Воронежского театра. Спел Пимена в «Борисе Годунове» М. Мусоргского, Мельника в «Русалке» А. Даргомыжского, Гремина в «Евгении Онегине» П. Чайковского, Дона Базилио в «Севильском цирюльнике» Дж. Россини, Монтероне в «Риголетто» Дж. Верди.

В его творческом багаже – Мефистофель в опере «Фауст» Ш. Гуно, Эбн-Хакиа в «Иоланте» П. Чайковского, Веховный жрец в «Аиде» Дж. Верди, другие ведущие партии басового репертуара.

Михаил Турчанис участвовал в различных концертах и памятных вечерах. Его знали и любили не только ценители оперы, но и люди, перед которыми он выступал в библиотеках, выставочных залах и других учреждениях культуры. Многие знали о его нелегком характере и, порой, излишне острых суждениях по поводу происходящего в жизни. Но от этого любовь к нему слушателей не становилась меньше. Ведь в первую очередь все прислушивались к тембру голоса артиста, когда он выходил на любую сценическую или концертную площадку...

Прощайте, Михаил Александрович!