Культура ВРН

Классики сейчас не хватает не только в жизни, но и в театре. Тем ценнее, когда на сцене она предстает, так сказать, в чистом виде: без внешнего омоложения.

Гоголь. «Мертвые души». Всегда современный сюжет – в каких бы костюмах и декорациях его не играли. И не где-нибудь, а в Театре юного зрителя, для самой ответственной аудитории – подростков, которые станут судить о творчестве Николая Васильевича именно по спектаклю. Будем смотреть правде в глаза: многие ли из нас в школе читали бессмертную поэму Гоголя целиком?

Режиссер Александр Тарасов назвал постановку «Похождения Чичикова». Во главе угла – герой со своей историей. Место действия меняется с помощью круга. Он вращается, как колесо Фортуны, перемещая Чичикова от одного помещика к другому.

Густонаселенный персонажами сюжет раскручивается всего пятью актерами. Еще в прологе нам дают понять, что сейчас начнется игра, в которой ставка – ни много ни мало – бессмертная душа Чичикова. И все эти колоритные маниловы, собакевичи, коробочки, плюшкины и ноздревы – человеческие страсти, завлекающие бедного Павла Ивановича в дьявольское путешествие, финал которого предрешен.

Все символы в постановке решены вполне традиционно: инфернальный господин в цилиндре (Михаил Кривов) предлагает начать игру прекрасной юной барышне в белом (Анастасия Ечеина), видимо, олицетворяющей чистую душу Чичикова.

А дальше начинается представление! В спектакле сложился яркий актерский ансамбль, в котором каждый играет несколько ролей. У актеров есть возможность попробовать себя в разных характерах. Для этого требуется и мастерство, и кураж – маски меняются очень быстро. Экзальтированная супруга Манилова превращается в мышеподобную вдовицу Коробочку, а затем преображается в Даму, Приятную Во Всех Отношениях (Анастасия Блинова, Елена Криштопа). Сладко грассирующий Манилов через минуту оказывается мрачным Собакевичем (Сергей Смирнов), вышивающий на пяльцах Губернатор (Сергей Барашов) – одним из колоритных мужиков Ноздрева. А в феерическом Ноздреве (Михаил Кривов) никак нельзя заподозрить Незнакомца в маске.

В контексте морока, обмана, стремления любой ценой завлечь Чичикова вполне естественным кажется рискованный ход – дать роль Плюшкина актрисе (Кира Ковалёва и Евгения Жукова).


Актеры с удовольствием включаются в игру. Для них этот калейдоскоп образов – отличная возможность показать мастерство перевоплощения. Они делают это с таким азартом, что трудно выделить кого-то одного. Это вообще очень дружный спектакль, в котором артисты чувствуют друг друга, легко друг другу подыгрывают. Сами меняют реквизит. Его немного: пара стульев, столик, бюро – изящные штрихи, намечающие место действия, будь то кабинет Манилова или дамский будуар (художник-постановщик – Сергей Австриевских). Неизменными остаются только солома (намек на всеобщее наше захолустье?) и верстовой столб, натуралистично разукрашенный птицами (метафора русской государственности?).

Свободно чувствовать себя в разных образах помогают эффектные костюмы (художник Ольга Нестеренко): сюртуки, фраки и платья вполне в духе эпохи, смотрятся очень стильно и театрально.

В центре всей этой потехи – Чичиков. В исполнении Александра Сидоренко он выглядит вполне добрым малым, в меру услужливым, себе на уме. Актер прекрасно двигается, выразительно работает с предметами (запомнился чудный ларчик с бумагами). От начала к финалу он выстраивает образ Человека (заглавная буква здесь не ради пафоса), созданного по образу и подобию. Которого можно уважать. За что? Да хотя бы за упорство в достижении своей мечты. Актер демонстрирует здесь и комедийные, острохарактерные качества, и способность обобщения, выхода на уровень сопереживания и сострадания Чичикову. Пафос спектакля, если хотите, заключается как раз в способности Чичикова вызвать к себе сочувствие.

Покупатель мертвых душ оказывается способным в последний момент удержаться от продажи собственной души. Выразительный финал – страсти-маски зазывают его в тройку (ту самую, которая куда-то несется, а ответа нет), а он не садится. Александр Сидоренко логично ведет своего Чичикова к финальному монологу, в котором слышится уже не плач по «маленькому человеку», а раскаяние разбойника, истинное покаяние.

Чичиков – безусловно, этапная роль в биографии актера. Интересная, достойная работа, которая от спектакля к спектаклю набирает вес. При сохранении общего рисунка роли острее и выразительнее становятся детали. Мне удалось посмотреть два спектакля: даже за этот короткий период после премьеры чувствуется, что Александр Сидоренко проделал большую работу над образом.

У спектакля два состава. Меняется дамский дуэт. Оба варианта яркие, но очень разные. Елена Криштопа и Евгения Жукова выходят на уровень инфернального обобщения. Их маски при всем обаянии воспринимаются как персонажи темных сил – этакие мелкие бесы, морочащие Чичикова. Об этом красноречиво свидетельствует сцена двух дам: Просто Приятной и Приятной Во Всех Отношениях: когда они сплетничают о визите Чичикова к Коробочке, в их интонациях проскальзывают, как бесовские рожи из-под масок, Коробочка и ее дворовая девка.

Анастасия Блинова и Кира Ковалева меняют личины играючи, они увлечены не столько ставкой, сколько самой игрой, и заражают зрителя своим азартом. И в этом они легче, пластичнее, правдоподобнее.

Все актеры, впрочем, очень хорошо двигаются и танцуют в этом спектакле (балетмейстер – Татьяна Бондаренко). И на балу под музыку Глинки из польского акта «Ивана Сусанина» (музыкальное оформление Сергея Войлочникова), и в других сценах. Великолепный миманс разыгрывают Сергей Смирнов и Александр Сидоренко во время визита Чичикова к Манилову. Ну а гротесковый Ноздрев в исполнении Михаила Кривова вызывает у зрителей – юных и не очень – неизбывный восторг.

Актеры наполняют все кунштюки смыслом. Они хорошо поработали с текстом Гоголя: то, что не произносится вслух, вложено в визуальный образ персонажей – жесты, осанку, походку, мимику. Чего стоит одна только экзальтированная супруга Манилова – мелкий, но очень выразительный в исполнении Анастасии Блиновой штрих спектакля. Это укрупняет смысл, создает подтекст.

Спектакль, повторюсь, актерский. Поэтому так скупы и выразительны предметы реквизита, музыкальные акценты. Главные здесь – актеры. Именно они выстраивают ткань повествования – с помощью сочного гоголевского языка, стараясь точно попасть в интонацию. Спектакль живет, пульсирует, у него есть ритм – и это при том, что он длится два часа без антракта. Он набирает от раза к разу, и это нормально. Актеры еще вживаются в его ткань, вернее, сами становятся этой тканью. Они еще не достигли пика естественности в этом спектакле: пробуют разные штрихи, импровизируют. Создают его на наших глазах!

Было бы странно показать Гоголя, мечтающего, по выражению Владимира Лакшина, говорить с народом с кафедры, просто сатириком. Не случайно за сценой звучит бархатный голос народного артиста России Александра Тарасенко. Этот монолог о Руси еще больше приподнимает трагифарс о Чичикове над бытовым уровнем, как-то очень просто и доходчиво демонстрируя нам высокий смысл бессмертной поэмы Гоголя. Подростки в зале хорошо чувствуют, где фальшивый пафос, а где - правда. Им этот спектакль по-настоящему интересен. И если хотя бы несколько из них после посещения ТЮЗа откроют книгу, то «Похождения Чичикова» на афише появились не зря.