Культура ВРН

«В своей стране я словно иностранец»
Сергей Есенин
Не обязательно быть москвичом, чтобы видеть изменения в худшую сторону на улицах Москвы. Достаточно быть просто честным русским человеком, чтобы разглядеть в прохожих – засилье приезжих из стран Средней Азии и соседних кавказских республик, заметить, что многие из них – просто шатаются по городу, что-то активно объясняя на своем наречии в трубку мобильного. Элементарной честности также будет достаточно, чтобы расслышать в разговорах на остановках рассуждения о правах человека, пользе демократии и т.п. Нет, если вы этого не слышите, это не означает, что вы глухой или лжец. Возможно, это означает, что у вас нет чувства Родины. «Тремя этажами выше» проводит диагностический анализ сознания и подсознания рядовых и ничем не выделяющихся из толпы современных россиянок.


Артистки играют с такой фантастической самоотдачей и верой в каждое слово своих героинь, что уже в середине первого акта становится понятным: игры нет, а мнение героинь тождественно их собственному. Эта гармония между вымыслом и реальностью делает разыгрываемые сцены нетипично убедительными для театра. Все подруги разные: русская (Марина Ильина) – интеллигентка западного образца; казачка (Лиана Ермакова) – простая женщина, мать троих детей, обманутая любовью мужа, который пьет и бьет; татарка (Наталья Карпунина) – глубоко верующая православная христианка, старая дева, безуспешно пытающаяся усыновить малыша из детского дома. Конечно, их взгляды на панк-молебен будь то в храме или мечети, значение постановлений международного Гаагского трибунала, дружбу братских народов, пользу научных открытий, – взгляды на все различны и во многом у них нет согласия. Сидя на кухне за накрытым столом, они спорят, кричат, жалеют и ненавидят друг друга. Только зрительный зал судит, кто из них прав, а кто нет. Постоянные аплодисменты демонстрируют не только его точку зрения, но и высокий градус переживания в обществе поднимаемых проблем.


Никаких прямых указаний здесь нет – исчерпывающего намека оказывается достаточно, чтобы вырвать из сердца зрителя чувство стыда и гордости, любви и презрения, согласия и отрицания по отношению ко всему, что происходит на наших родных просторах. Огромная заслуга этого спектакля не только в отсутствии готовых ответов, но еще и в том, что он не ставит вопросов «около», а говорит непосредственно и напрямую обо всем, что давно уже «залегло заботой в сердце мглистом».

Сценограф Анастасия Бугаева решила показать место действия (кухню) условно. На сцене на небольшом возвышении выложен половой настил, на котором стоят стол и табуреты и который напоминает плот. Это также указывает на хрупкость жизни героинь в их системе нравственных ориентиров.

Если вы еще сомневаетесь, кто вы – либерал или патриот, то этот спектакль – отличный тест по окончательному самоопределению. При всем идейном убранстве государственного заказа, эта постановка являет собой чаянья независимой группы людей, для кого поднятые здесь вопросы являются, судя по всему, личными переживаниями. Можно даже сказать о феномене: если раньше спектакли в поддержку провозглашенных на высшем уровне ценностей ставились «по указке сверху», то теперь это предстает в форме вольной работы, которая с ними лишь идейно совпала.

Что это может означать? Во-первых, что на смену долгому отсутствию цензуры, наконец, приходит понятие самоцензуры, и театральные режиссеры начали заявлять границы своей творческой свободы не в ущерб злободневности. Во-вторых, что впервые за много-много лет, в театре можно увидеть торжество единства между основными ценностями государства и составляющего его народа. И в-третьих, что театр отказывается от морально-нравственного насилия над зрителем в пользу объяснения и разговора с ним. Действительно: надо уже когда-то начинать любить того, кто покупает «на свои кровные» билет в театр. Надеюсь, что этот спектакль станет знаковым для государственных драматических театров – мы все этого заслужили.