Культура ВРН

На сцене показана история любви молодой владелицы кулинарной школы доны Флоры (Елена Есенина): своего первого мужа, гуляку Романо (Семен Шкаликов), она любит всем своим… телом и, овдовев, понимает, что больше никогда не испытает радость, которую ей дарили ночи с ним.

Выйдя замуж вторично за фармацевта (Дмитрий Гизбрехт) и полюбив его… умом, она все также тоскует о своем первом: Романо приходит к ней в грезах, утешает, как может… Фармацевт ничего не понимает, но Флору тяготит возвращение мертвого Романо в ее жизнь, и она решает обратиться к колдунье (Анастасия Марчук), чтобы та отправила его на тот свет без права возвращения. Однако в последнюю минуту она не нашла в себе мужества расстаться с Романо и тем удовольствием, которое он ей дарил, – Флора решает жить с обоими мужьями, мертвым и живым.

В устройстве судьбы героини приняли активное участие ее мать (заслуженная артистка Наталья Щукина), которая ненавидит первого и обожает второго мужа, учительница (Анна Большова), сгорающая от зависти к Флоре, покойный отец (народный артист России Виталий Зикора), являющийся время от времени к матери, и другие местные доброжелатели.


Художники Ольга Шаишмелашвили и Петр Окунев создали на сцене уменьшенную модель мира, в котором вера героев во всемогущество небесных сил выстроена по принципу вертикали. На сцене установлена большая плоская платформа, наклоненная на пятнадцать градусов в зал, – это главное место действия, символизирующее землю. На сцену, то есть на землю, сверху, то есть с небес, то и дело падают конфетти как дары высших сил людям в дни карнавала и народных гуляний, диваны – чтобы в минуты, когда земные страсти сбивают с ног, герои знали о всевидящем оке Девы Марии и ее заботе о них. Показано и подземное царство мертвых: платформа раскладывается, и на пустом месте неожиданно появляются дыры, которые засасывают завистливую учительницу, выводят в земную жизнь мертвецов Романо и отца героини.


Кроме того, некоторые сцены играются по кругу (ухаживания Романо, когда он колесит на своем мотороллере вокруг Флор, его предсмертный танец), демонстрируя суеверность героев и их подчиненность древним обрядовым условностям. Несмотря на большое смысловое содержание, сценография выполнена в минималистическом ключе, сохраняя много открытого пространства.

Ольга Шаишмелашвили, выступившая также в качестве художника по костюмам, придумала для актрис платья в романтическом стиле с красочными юбками-кринолинами чуть выше колен, создающими широкий клешёный силуэт и настроение праздника на сцене. В то же время учительницу и мать Флор одели в узкие юбки чуть ниже колен, которые придают героиням не только серьезности, но и делают их очень элегантными. В спектакле звучит ритмичная карнавальная музыка с солирующими ударными, под которую герои танцуют. Хочется заметить, что танец-чечетка Романо должен быть более хореографичен: у него своя партия, и все внимание зала приковано к нему. Страсть и горячий темперамент героя находят свое разрешение не в ударной работе ног (музыка предполагает степ), а в невнятных перестукиваниях и бессмысленном балансировании корпуса тела. Думается, что артист Шкаликов в состоянии станцевать полноценный степ, а не его имитацию.

На первый взгляд, спектакль может запомниться яркой игрой Натальи Щукиной, Анны Большовой, Дмитрия Гизбрехта и большим количеством всяческой «небесной» мишуры и конфетти. Однако при ближайшем анализе становится очевидной мастерская работа режиссера, который сумел с учётом мифологем, живучих и по сей день в сознании латиноамериканцев, выстроить на сцене жизнь целого народа и заключить ее в законченную форму. Спектакль точно выдержан в стилистике магического реализма – Прикотенко продемонстрировал редкое умение работать в рамках одного художественного метода, заданного драматургом.


Жоржи Амаду в заключении романа сказал, что история Флор – не вымысел и действительно когда-то произошла. Если учесть, что в Латинской Америке люди в силу своих архетипов живут с осознанием не только реальности, но и прошлого с будущим (прибегать к разгадке грядущего посредством магии они считают своим долгом), то ему можно поверить: чего только не случится с людьми с таким сознанием. Ведь, по правде говоря, фантастическая проблема героини, когда она вынуждена жить с обоими мужьями, живым и мертвым, могла возникнуть только в свете такой болезненной суеверности. Хотя, наверное, несправедливо говорить о болезненности, ведь герои здесь живут, женятся, рожают детей, умирают, – они счастливы! Это странное счастье черно-белого, где любовь соседствует с магией, а прошлое с будущим, показано в спектакле с очаровывающей убедительностью.


Реклама

Вам срочно понадобилась реклама? Зайдите на сайт http://beprint.ru/shirokoformatnaya-pechat. Наши специалисты сделают для вас отличную рекламу любой сложности!