Культура ВРН

Перед началом спектакля состоялась краткая церемония закрытия форума. Дежурный по фестивалю заслуженный артист России Камиль Тукаев рассказал, что за девять дней работы фестиваля его спектакли и другие мероприятия посетили около 17 тысяч воронежцев.


Внук Самуила Яковлевича – поэт и переводчик Александр Иммануэлевич Маршак рассказал о своих впечатлениях:

«Я очень благодарен воронежцам за то, что они чтят, любят и помнят творчество моего деда. Названный в честь него детский фестиваль, на который съехались театры из нескольких стран мира, – самое яркое доказательство народной любви и уважения к заслугам Самуила Маршака. Более того, установленный ему памятник в прошлом году, прямо напротив дома, где жил дед, говорит о том, что Воронеж гордится тем, что дал миру великолепного поэта, писателя и переводчика. По секрету скажу, у меня в планах – установить памятник Маршаку и в Москве… Надеюсь, столица последует примеру одного из самых, на мой взгляд, культурно развитых городов России».

Смолкли аплодисменты Маршаку-внуку, зазвучали первые аккорды оркестра. На сцену вышел человек. Длинный плащ, черная шляпа… И как же он связан с «Маленьким принцем» Экзюпери?


– Посмотрите, на этой фотографии мне шесть лет. Похож?

В ответ раздалось дружное детское «Нет!».

– Ну как же? Присмотритесь! Посмотрите, особенно, на глаза. Ведь похожи? – человек мгновенно меняет интонацию. – Ну-ка дружно, раз-два-три, похож?!!

И детский смех в зале, и снова единогласное: «Да!». И длинная сказка дальше, в которой один актер исполняет сразу все роли: чтеца, рассказчика, маленького принца, его прекрасной розы и добродушного лиса…


– Я просто в восторге от Безрукова. Сложно сыграть одну роль, вжиться в неё и поверить, особенно если дело касается театра. А тут ему приходится постоянно менять образ, иногда по несколько раз в минуту – и он отлично справляется. Просто чудеса перевоплощения. И не скажешь, что детский спектакль, всё так серьезно, по-взрослому, – поделился один из волонтёров фестиваля.


А сразу после окончания спектакля Сергей Безруков остался на пару минут, чтобы пообщаться с воронежскими журналистами. Несмотря на ограниченность во времени, к каждому вопросу актер подошёл вдумчиво: рассуждал вслух, спорил сам с собой и с собеседниками, – но ни одного вопроса, вопреки предупреждениям, не проигнорировал.

– Расскажите о недавней премьере «Сна разума» в вашем театре.

– Тема «маленького человека», особенно в исполнении Николая Васильевича Гоголя, меня интересует, пожалуй, не меньше, чем герои-романтики. Если говорить конкретно про «Сон разума», поставленный по мотивам «Записок сумасшедшего», скажу честно – мне всегда было интересно сыграть человека, который сходит с ума. Вот, получилось что-то… говорят, совсем сюрреалистичное (улыбается).

– Кризис в России повлиял на работу Московского губернского театра?


– Без сложностей не обошлось. Но из названия следует, что нашему театру всегда будет, где работать. Сама наша работа заключается в гастролях, в переездах из города в город, и мы знаем, что люди всех возрастов будут нам всегда рады. Мы постоянно участвуем в фестивалях. Кстати говоря, слышал, что два показа «Маленького принца» оказалось мало для воронежцев, кто-то не успел купить билет, кто-то не смог прийти. Думаю, в скором времени мы запланируем еще одни гастроли в Воронеж, привезем побольше спектаклей как для малышей, так и для взрослых. И на следующий год, надеюсь, получится еще раз поучаствовать в фестивале «Маршак», уже более масштабно. И, сразу предупреждаю, целюсь еще и на ваш Платоновский фестиваль в следующем году (хитрая улыбка).

– Что оказалось самым сложным в постановке «Маленького принца»?

– С тем учетом, что это – любимое произведение всех малышей? Сложно сказать. Я попытался сделать его понятным людям всех возрастов – взрослый человек играет в игрушки, сидя в песочнице… Тут все ясно каждому ребенку, потому что им это близко, знакомо. Взрослый поймет не каждый. Вообще, и произведение Экзюпери, и этот спектакль зацепит взрослых, если только они – романтики в душе. Ну, знаете, такая группа людей, которая, несмотря на возраст, верит в чудеса. Вообще, сложность любого спектакля – сделать его понятным аудитории, для которой он ставится. Но если всё делать правильно, то люди будут интересоваться театром в любое время. Это ведь совершенно особенное искусство, оно вечно, бессмертно, но динамично.


- А какие у Вас впечатления от участия в театральном фестивале именно нашего города?

– Вообще, Воронеж – один из моих любимых городов. Здесь живет много моих хороших друзей, к которым я приезжаю каждый год. Дружу с Владимиром Бубновым, с которым мы вместе устанавливали здесь памятник Есенину. Обожаю, кстати, Народный музей Есенина. Когда приезжаю в Воронеж, первым делом обязательно иду туда. Этот раз не стал исключением. Меня радует, что неизменно я нахожу и узнаю там что-то новое об одном из самых лучших русских поэтов. Вообще, меня поражает и впечатляет воронежская культура. Здесь столько памятников деятелям искусств… Причем, не только тем, кто связан с Воронежем. Это говорит о том, что город любит, уважает и почитает всю русскую культуру, а не хочет просто показать всем свой вклад в мировое искусство.