Культура ВРН

Удивительным образом страшный пожар 2010 года пощадил, обошел стороной мемориал жертвам политических репрессий 1937-1938 годов. Но оказалось, что рядом, где лес выгорел, и где черные стволы и проплешины пугают одиноких путников, тоже расстреливали людей и закапывали в песок. Семь новых ям появилось на этой неделе в бывшем лесу близ Дубовки. Раскопками занимается поисковое объединение «Дон» при поддержке областного правительства, администрации города Воронежа и областной общественной организации «Наше общее дело». Из шести ям извлечены останки 228 человек. Еще не менее пятидесяти жертв террора нашли последнее упокоение в седьмой, где сейчас трудятся поисковики.




По словам военного врача Игоря Чешихина, люди были убиты выстрелами в затылочную область. Размером входных отверстий - 8 мм. Пули калибра 7,62 от револьвера системы «Наган» в мельхиоровой оболочке. Некоторые пули были найдены в черепах. В расстрельных ямах оказались останки людей с физическими дефектами и даже в ортопедической обуви.

Поисковики – люди ко всему привычные, но даже они были взволнованы, обнаружив кости, имевшие меньшие размеры и толщину.

Это были останки по меньшей мере трех детей в возрасте до 13 лет. Скорее всего, вместе со взрослыми были расстреляны дети «врагов народа».




Истлевшая одежда, обувь, гильзы, стекла от очков… Вот что кроме костей и черепов находят на глубине двух метров. Останки складывают в мешки и отправляют на хранение в специально отведенное место. Там они будут находиться до сентября, когда состоится торжественное захоронение еще 280 жертв реперссий, которым, кажется, несть числа.



Впрочем, руководитель поискового отряда «Дон» Михаил Сегодин полагает, что находить новые ямы будет все труднее и труднее. На выгоревшей территории никто не спешит восстанавливать лес. Зато появился огромный щит, предлагающий купить участки под застройку «вблизи реки и в лесной зоне».

- Когда здесь начнется застройка, обнаружить новые захоронения уже не удастся, - говорит Михаил Сегодин.

Коттеджи в мемориальной зоне на месте сгоревшего (сожженного?) леса – это так в духе нашего времени!