Культура ВРН

В прошлом материале мы обмолвились о байках воронежских старожилов, связанных с районом Каменного моста. Читатель Culturavrn выразил желание узнать подробности, что мы по мере сил и попытаемся сделать. Давайте считать это не очередной поздравительной открыткой, а своеобразным постскриптумом к предыдущей.

Чтобы не быть голословными, отсылаю интересующихся к двухтомнику «Русановы. Из века в век», Воронеж, 1996 год, том 1, в котором, начиная с 258-й страницы, описывается весьма мрачный случай, связанный со зданием, именуемым «Домом сорока скелетов», а место действия изложенной истории – как раз район Каменного моста. Конечно же, знакомясь с легендой, в ней невооруженным глазом видны налет романтизма и сообразные жанру приемы, литературная обработка и доля выдумки.  Однако, как известно, в любом мифе имеется свое рациональное зерно. Немаловажная деталь: широкому кругу читателей «сухаревские легенды» стали известны много позднее, нежели воронежский рассказ, а значит, подражательность если и не исключается вовсе, то сводится к минимуму.

Прежде чем вернуться к Каменному мосту, совершим небольшую прогулку по старой части города, за точку отсчета взяв Адмиралтейскую площадь.

Отдельно об этом уголке Воронежа поговорим в следующий раз, площадь того заслуживает. Сейчас же вспомним, что еще на заре XVIII столетия голландский путешественник Корнелий де Бруин, будучи гостем нашего города, сделал рисунок Воронежа, на котором, кроме всего прочего, изображена Успенская Адмиралтейская церковь.

В свое время краеведы сломали немало копий по поводу того, о трех или о пяти главах изображен храм на рисунке голландца. Ведь побывав на месте, откуда иностранный путешественник делал рисунок, можно склониться как к одному, так и к другому мнению. Вопрос не праздный, ибо по количеству глав выясняется статус «Успенки» во времена Петра I.

Место, выбранное голландцем для написания картины, нас тоже интересует, но совсем по другой причине.

То было старое и забытое, еще допетровское кладбище. Выбор дал повод породить среди служивых и работного люда слухи о том, что иноземец – колдун и чернокнижник. Ничего не подозревающий де Бруин рисовал панораму города и верфи, а возбужденный и не на шутку встревоженный народ готов был обвинить его чуть ли не в некромантических ритуалах, зашептались, будто Корнелий нарушил покой старинного кладбища… Де Бруин сам писал о том.

Теперь от несуществующего кладбища поднимемся к Никольскому храму. Там когда-то была слобода, именуемая Напрасною, где имелось свое кладбище, на котором хоронили людей, умерших «напрасной», то есть насильственной смертью. Казненных преступников, к примеру. Согласно народным представлениям, умершие «напрасной» смертью – самые беспокойные выходцы с того света. Так что совсем не случайно легенды особого рода связаны именно с территорией, примыкающей к Каменному мосту, ведь от Никольского храма туда рукой подать.

Там, где сейчас бульвар, ведущий к Покровскому храму, предположительно и стоял дом, описанный в русановском сборнике. Какой именно? Увы, с ходу сказать сложно. Однако заметим, что среди прочих домов по нынешней улице Орджоникидзе, что снова-таки связано с районом Каменного моста, стоял особняк купца Самуила Мещерякова, прозванного в народе «Чугунным». Излишне напоминать, по чьему прозвищу было названо, хотя и неофициально, знаменитое в Воронеже кладбище, на месте которого ныне расположены ледовый дворец «Юбилейный», телецентр и бассейн «Спартак». Эти объекты, как принято говорить в подобных случаях, стоят «на костях».

Вот, пожалуй, и все… А может, и нет – кто знает?

Данные соображения есть не более как вариант, совсем не претендующий на что-то значимое, но если любознательный читатель хоть в чем-то удовлетворен, мы за него только порадуемся.