Чтобы понять, что происходило за кулисами театров во время пандемии, мы обратились непосредственно к актёрам.

Как повлияла пандемия на ваш театр?

Светлана Медведева, актриса независимого Никитинского театра:

Многие гастроли были на грани срыва, но почти на все удалось съездить. На какое-то время театр переставал работать, переносились премьеры, но, с другой стороны, удалось подробнее проработать спектакль «Двенадцатая ночь».

Алексей Проскуряков, режиссёр, актёр, основатель независимого театра «Кот»:

Пандемия, конечно, повлияла и очень остро. Для частных театров единственный источник доходов – билеты. Мы полгода сидели без дела (у нас даже зал был заперт, почти опечатан). Это тяжело. К тому же росли долги. И это всё, учитывая то, что мы открыли свой зал буквально за 4 месяца до самоизоляции. Мы не успели раскрутить пространство, как нам пришлось его закрыть. Это был очень тяжёлый момент, потому что 14 сентября, когда всё открыли, мы начали почти с нуля.
Но ещё почти два месяца люди боялись ходить в театры. Залы были пустые. Даже 50% не часто заполнялись. Однако Платоновскому разрешили 100% посадку, как фестивалю особой важности. Не считаю, что приезжие спектакли важнее внутренней культуры города.

Виталий Шилов, актёр и танцовщик Воронежского государственного Камерного театра:

Спасибо Михаилу Владимировичу (Бычкову) за то, что эпидемия хотя бы не повлияла на зарплаты, только на премии.
Несмотря на всё, театр продолжал работать во время пандемии. Сложно было из-за того, что кто-то заболевает, а значит, нужна срочная замена, а если замена – нужен быстрый ввод другого актёра: ему нужно выучить текст за несколько дней...
Если говорить про последствия, то они незначительны. Просто стали немного меньше зарабатывать, но спектакли, премьеры также были. А ещё этот сезон был самым длинным, потому что в самом начале пандемии было решено сделать театральный отпуск, и он вошёл в летние каникулы. То есть мы начали раньше работать, но закончили, как положено, в июне.

Юрий Смышников, актёр Воронежского государственного академического театра драмы им. А. Кольцова:

Когда весной 2020 года стало окончательно понятно, что пандемии нам не избежать, и что волна коронавируса накрывает и наш город, администрацией области были предприняты соответствующие действия для сдерживания роста заболевших. Поэтому не удивительно, что наш театр, как и другие, был закрыт, и фактически, труппа вместо того, чтобы работать и затем уйти в отпуск, как полагается в середине июля, покинула театр в апреле, и мы плавно ушли на самоизоляцию. Пожалуй, это было самое трудное время, прежде всего, с точки зрения творческого голода и отсутствия возможности выхода на сцену. Практически 4 месяца мы находились на самоизоляции, пытаясь проявлять себя только в режиме онлайн: творческие проекты, общение со зрителем, интервью.
К счастью, это закончилось, и уже в конце августа 2020 года мы приступили к репетициям, но спектакли играть смогли немного позже, с разрешённой рассадкой в 50%.

А какие меры были предприняты, в связи со сложившейся ситуацией?

Как оказалось, меры во всех театрах универсальны: маски, антисептики, сокращение зрителей.
Но некоторым частным театрам пришлось урезать ещё и бюджет:

Алексей Проскуряков (Театр «Кот»):

Изначально очень сильно урезали расходы. Были проблемы с ремонтом (они и сейчас остаются, делаем частями). Были проблемы с декорациями. Кое-что пришлось выпустить не совсем в том виде, в котором планировали. Позже, по ходу сезона, доделывали.
Зато, вся эта ситуация родила спектакль почти без декораций. Это "Возвращение" в постановке Н. Капранчиковой. Мы называем его: "Игра в Платонова". Вот материал, что в шкафу нашли, в том и играем. Спектакль очень крут своей душевностью. Зрителям очень нравится.

То есть, несмотря на универсальность предпринятых мер, есть одно отличие: государственные театры получают компенсацию за счёт государства, частные же не попали ни в одну программу господдержки. Что думают об этом сами артисты?

Кому пришлось хуже: частным или государственным театрам?

Юрий Смышников, актёр государственного театра драмы им. А. Кольцова:

Безусловно, частные и государственные театры находились в разных условиях. Частный театр, как частный бизнес, в это непростое время столкнулся с огромными проблемами, среди которых основная – это отсутствие зрителя, а значит отсутствие денег. Государственные театры, в отличие от частных, продолжали платить людям зарплату, оказывать материальную помощь в связи со сложившейся обстановкой.

Виталий Шилов, актер и танцовщик государственного Камерного театра:

Каждый театр в каждом городе индивидуально пережил эти времена. Есть частные театры, которым пришлось очень тяжело. Но мы, я считаю, достойно пережили.
Главное, что сейчас всё хорошо. Сложности были у всех, просто все по-разному их пережили.
Если говорить про творческую составляющую... Тут, думаю, дело во времени. Кто-то успел выпустить две премьеры, кто-то только одну.

Алексей Проскуряков:

Конечно, тяжелее частным. Государственные театры, даже те, что были вынуждены приостановить работу, всё равно оставались на финансировании. Им не угрожало закрытие. Просто было хуже, чем обычно. Частники же могли умереть, и даже умирали. Минкульт говорил что-то о реестре частных театров, но благополучно замял эту историю.

Светлана Медведева, актриса независимого Никитинского театра:

Худо было всем (да и сейчас тоже), но частным, конечно, особенно. Частный театр не попал ни под одну программу господдержки, ни как малый бизнес, ни как социальный объект. Не получил ничего. В государственных театрах зарплаты как были от государства, так и остались, плюс были поддерживающие программы.

Изменилась ли цена билета, рассадка зрителей, репертуар?

Юрий Смышников:

Как только мы начали играть спектакли, конечно, мы ощутили изменения, которые коснулись рассадки зрителей, 50% заполняемости зала. Пандемия никак не отразилась на цене билетов и тем более на репертуаре.

Виталий Шилов:

Цена билета не изменилась, только рассадка. На репертуар не повлияло.

Светлана Медведева:

Насколько я знаю, цена билетов не изменилась, а рассадка да, очень долгое время она была 50 %, потом 80. Играть на полупустой зал непросто, конечно.

Алексей Проскуряков:

Рассадка, конечно, менялась. Была и 50%, и 80%. Сейчас опять 50%. Пробовали разные формы. А вот цену мы не поднимали. Наша цель была сохранить цены на спектакли, так как мы понимали, что всем людям непросто, и хотелось поддержать их. Единственное, во второй половине сезона слегка сделали дифференциацию цен. Пьесы, связанные с иностранными авторами, подорожали, и мы подняли цены на некоторые из них, но опустили на то, где с авторскими проще. Сейчас тоже не меняли, только на премьеру поставили чуть повыше цену. Потому что и автор иностранец, и актёров много задействовано. И режиссёр из Театра "Модерн". Дорогое производство.
А вот репертуар интересно поменялся. У нас до пандемии были популярны комедии с психологическим уклоном, но после неё стали выстреливать "чёрные комедии". Причём "Однорукий из Спокана" уже шёл несколько лет, но такого успеха не имел. Это очень интересно было. Посмотрим, что выстрелит в этом сезоне. У нас 10 премьер в разных стилях. Надеюсь, что зажжём.

Личное отношение к сложившейся ситуации

Юрий Смышников (Академический театр драмы им. А. Кольцова):

Пандемия коронавируса – это ужасная данность, от которой просто отмахнуться не получится. Это серьёзная проблема, с которой нам приходится жить. Я долго не решался на прививку, но всё же сделал её в начале июня 2021 года. Наша профессия обязывает нас к частому и массовому общению с публикой, и, мне кажется, мы в первую очередь должны быть ответственны перед своими коллегами и зрителями!

Виталий Шилов (Камерный театр):

Личное отношение. Скажу, как есть. Я вообще не закрывал бы ничего. Каждый человек переболеет в любом случае, но закрывать всё.... На мне это тоже отразилось. Я переболел, было очень тяжело, но в итоге вернулся в нормальное состояние.
Сейчас, я считаю, ситуация уже прошла.
Когда меньше зрителей, да, непривычно, отдача меньше. Но мы всё равно делали, что должны были. Когда играешь, вживаешься в роль, то уже не замечаешь этого.
Но тяжело нам с работой, которая завязана на движении. Первое время я гулял, что-то делал, ходил в парк, ездил на природу. Я не люблю заниматься дома, но мы даже видео сделали, как каждый из нас танцует дома.

Светлана Медведева (Никитинский театр):

Ну какое тут может быть отношение. Несмотря на то, что я по жизни оптимист и во всем стараюсь искать плюсы, в сложившейся ситуации я их найти не могу. Каждый день подвержен риску отмены спектакля, если кто-то из артистов заболеет, полупустые залы, театр просто выживает на последние средства. Но так сложились обстоятельства, видимо это нужно просто пережить. Скорее бы всё кончилось!

Алексей Проскуряков (Театр «Кот»):

В целом, мы отнеслись к ситуации философски. Помощи никогда ни от кого не ждём, всегда всё сами. Придёт спонсор – поговорим, а так, только время тратить. Работаем и хорошо. Главное, чтобы ситуация уже выправилась. Ну и лично для меня было обидно, что 28 марта должна была выйти премьера "Королевы красоты". Показали мы её 14 сентября в полупустом зале. Это уже потом на неё залы стали собираться. А первое время так и играли. Все спектакли. Тяжело играть, когда мало зрителей, но благо у нас актёры сами получают удовольствие от спектаклей, и это им помогало.
Статистика какая? Посещаемость снизилась, что логично. Но при этом зимой мы лучшие месяцы в истории театра пережили. Теперь цель их превзойти.

***

Что можно вынести из этого горького опыта? Не всё так плохо. Театры, в большинстве, с присущей им творческой гибкостью начали трансформировать минусы в преимущества. Зарождаются новые формы. Также тема пандемии стала находить отклик в сердцах зрителей. Недавно ехала в такси, водитель, узнав на какую тему я пишу материал, был очень заинтересован. Выпытав всю информацию, он помолчал, а потом обеспокоенно спросил:

– А как самих актёров обезопасить? Меры действуют же только на зал, а актёры выступают без масок… Придумал! Можно стекло поставить перед сценой, а акустику вынести в зал.
– Запатентуйте эту идею.

Воодушевленный, он продолжил генерировать предложения:

– А еще можно по Скайпу выступления показывать, ахаха.

– Нууу, примерно так и делали. Прямую трансляцию вели: пустой зал и актёры.

Шокированный, он оторвался от дороги:

– Я же пошутил... Это перебор.

Поэтому ждём отмены всех ограничений, чтобы не шокировать честных граждан.
Но чем можно помочь театрам? Войти в число тех пятидесяти процентов, которыми по санитарным правилам может быть заполнен зал.

Ходите в театр, впитывайте искусство!