Культура ВРН

У каждой эпохи – свой стиль. Для одной характерна суровая красота готики, для другой – бесстыдная роскошь рококо.
Бюргерам – бидермейер.
Бледным интеллигентам – декаданс.
Р-р-революционерам – футуризм и соц-арт.

Нынешняя эпоха не только многое взяла от пресловутого Януса, но и превзошла его. У нее много разных лиц, ликов, личин. Каждому – свое. Одним – картина маслом в стиле барокко. Золотой орнамент к богатому натюрморту: экзотические фрукты, дичь, хрусталь, серебро. И подпись черной икрой на фоне красной: «Жизнь удалась».

Другим – суровый минимализм. Квартирка-хрущоба, за которую надо платить, как за виллу в Испании, а то и комната в общежитии с видом на глухую стену мертвого завода или торгового центра. Зарплата, на которую не выжить, даже если будешь питаться одной сухой корочкой или солнечным светом, работа на износ, отпуск на шести сотках… Просто торжество минимализма.

Процветает ампир, вьющий гнезда в коридорах власти, озабоченной не сбережением народа, а собственным содержанием. На бюджетные деньги возводятся порталы и колонны с пилястрами, наносятся золотом имена начальников, устилается паркет из новозеландского бука, укладывается мрамор из Каррары, подвешиваются немыслимой дороговизны люстры. Трепещи, ничтожный представитель электората. Тебе сюда, конечно не попасть, не просочиться через тройное кольцо охраны, но ты просто обязан проникнуться чувством собственного ничтожества и страхом по отношению к обитателям властного Олимпа, хозяевам жизни.

Другой, расцветающий пышным цветом стиль эпохи, - примитивизм. Мутным потоком низвергаются на головы «дорогих россиян» пошлость, насилие, секс и гламур, воскуряется удушливый фимиам символическим статуям Мамоны и Молоха. Из всех щелей доносятся «звуки му»: «Владимирский централ», «Два кусочека колбаски», «Мальчик гей». Какое богатство выбора, какая глубина содержания! Не хватает только дуэта Филиппа Киркорова и Жени Кемеровского.

Зато есть граффити. Исписаны (во всех смыслах слова) стены и подъезды. Не успеют где-нибудь что-нибудь отремонтировать, покрасить, как тут как тут – мини-герострат с баллончиком краски. Якобы выражая свой протест, поганит непорочную поверхность примитивными рисунками и неумными надписями, а то и похабщиной. Идешь, бывало, по улице с ребенком – а вот и оно, сакральное слово из трех букв. А рядом еще одно, из пяти - для комплекта. Инь и Ян в заборном варианте.

Кубизм – тоже в фаворе. Как грибы после дождя вырастают на месте старинных зданий безликие кубы и параллелепипеды. Да и в общественной жизни кубизм – не на последних позициях. Все больше россиян уподобляются жителям «острова свободы», впадая в такую же, как на Кубе, нищету и бесправие.

Не уступает позиций постмодернизм – постоянная игра словами, смыслами, цитирование заповедей, стершихся от частого упоминания всуе. Словесной шелухи (в том числе, от самых авторитетных изрекателей) так много, что в ней можно утонуть.

Ну и, конечно, доминирующий стиль эпохи – сюрреализм. В кривом зеркале отражаются (извращаются) максимы и аксиомы, положения и законы, нормы и правила. Закон - дышло. Выборы – фарс. Демократия – фиговый листок. Элита – внизу, отребье – наверху. Цахесы повелевают Муромцами. Войну объявляют миром. Сон разума неустанно рождает чудовищ. Трагедию играют как фарс, пригласив на постановку режиссера-сюрреалиста. Матери-убийцы и беременные лесбиянки, растлители в рясах и угрюмые сатанисты, уголовники и чиновники, «наши» и «не наши» - все смешалось на подмостках театра под названием «Жизнь». Ни остановить этот спектакль, ни продолжать представление. Зритель мечется в поисках выхода и не находит его.

Главное - не упасть. Затопчут.