Культура ВРН

Край наш, такой богатый культурно-историческими традициями, в туристическом аспекте находится даже не на призовом, а на каком-то там «надцатом» месте. От этого у горожан время от времени проскальзывает чувство легкой досады, а в качестве сравнения наши земляки волей-неволей кивают  (и не без оснований) на другие регионы. И ведь нельзя сказать, что на городском и областном уровнях в данном направлении никаких усилий не предпринимается. Подвижки-то – налицо.

Правда, среди позитивных шагов и здравых рассуждений попадается немало предложений, которые можно охарактеризовать как разговор «ни о чем с претензией на значимость».

Недавно наши СМИ сделали «важное» открытие: Воронежу явно не хватает литературных музеев.

В качестве примера помянули Нобелевского лауреата, мировую величину, уроженца Воронежа И.А. Бунина, музеи которого есть в Орле, Ефремове и Ельце, а у нас – нет.

Да у нас много кому нет, не одному лишь Бунину!

Так если бы пресса только констатировала факт, а то ведь подала его как проблему, да еще с нотками осуждения. А кого винить? Да кто же его знает. «Наше дело – бить в набат»…

Литературных музеев, чего греха таить, в Воронеже и впрямь не хватает. Но давайте попробуем спокойно разобраться в ситуации.

Итак, желания, как всегда – хоть отбавляй, а вот возможности… Получится – кто же против, только вот получится ли? Музей – это не арендованное помещение с пятью бумажками под стеклом да столом-новоделом «той» эпохи, а из звонких газетных статей музейный фонд не образовывается. В том же Ельце бунинский музей создавался не годами даже, но десятилетиями.

О каких таких новых музеях можно мечтать, когда не так давно в Воронеже в здании литературного, кстати, музея проходила выставка детских игрушек 50-60-х годов, и организатор выставки обратился к населению с предложением  купить старые игрушки. И что? Много откликнулось? То-то и оно...

А вот еще одна «модная» тема – о канувших в безвозвратное прошлое русских усадьбах. На территории нашей области их целая россыпь – Кавериных, Русановых, Тулиновых, Потаповых, Лосевых, Сомовых, Нечаевых, Чертковых, Северцовых, Ростопчиных-Барятинских, Раевских…Это – малая часть из очень длинного, поверьте, перечня. И все – в прошедшем времени. Прямо какой-то мартиролог.

Газетные и журнальные статьи разного калибра и достоинства просто душу изорвали плакатными призывами: «Разрушили, разорили «дворянские гнезда», не сохранили очаги самобытной русской культуры… Доколе будем равнодушными?». И все в подобном ключе.

Слова верные, но пустые. Да, разорили, да, запахали, забороновали и чертополох посадили. Плохо, конечно, жутко, но что же делать-то?

Как «что делать»? Прочь сомнения  – «Возрождать и восстанавливать»!

Хорошо, давайте действовать. Как? Да как всегда – писать, создавать общественные фонды, комиссии и так далее. Но усадьбы от этого не возродятся.

Красивыми фразами бросаться легко, осуществить их – вот проблема, ведь положа руку на сердце, признаем – к сожалению, даже часть усадеб восстановить теперь едва ли удастся.

Хватит, наверное, устраивать «разборы полетов» – давно летать пора, иными словами – подняться надо всеми этими никому ненужными балладами о поруганной чести и достоинстве. Какой смысл впустую осуждать задним числом то, чего, увы, не вернешь? Может, будет полезнее пытаться сохранить то, что еще осталось, естественно, не забывая о прошлом?

Хорошо, что о тех же усадьбах пока еще помнят. Историческая память – тот спасительный круг, что не даст сгинуть нации.

Никто не говорит, что этого достаточно. Есть возможность что-то воссоздать, пусть и по крупицам – прекрасно. Форм и вариаций для того, чтобы все мы не забывали «дворянские гнезда» – превеликое множество. Само сознание не обыденного, но заповедного, усиливает людское воображение, человек острее чувствует связь с ушедшим, что в какой-то мере помогает обществу сохранять историко-культурную память.

И тогда даже оставшиеся жемчужины на карте нашей области сыграют свою важную роль цепочки-преемственности и послужат для нас настоящим животворным источником духовной культуры.