Культура ВРН

Каждый год в преддверии годовщины смерти Владимира Ленина в России  возникают разговоры о том, что его тело пора  предать земле. Корреспондент британской газеты «Гардиан» Джастин МакГирк уверен, что это случится в обозримом будущем. Поэтому журналист поспешил посетить Мавзолей «в последний раз».

По распространенной версии, Ленин  завещал похоронить его рядом с матерью на кладбище в Петербурге. Результаты опросов показывают, что 70 процентов россиян выступают за то, чтобы предать тело вождя мирового пролетариата земле, похоронив его по христианскому обычаю. Это большая цифра, но недостаточная для того, чтобы безболезненно осуществить данную операцию. По-видимому, Владимир Путин не хочет углублять раскол в обществе. И к тому же,  полагает журналист, весь этот пышный спектакль на Красной площади косвенным образом поддерживает миф о величии государства и его лидера.

Выставленное на всеобщее обозрение тело Ленина – это не фрик-шоу, а представление политического театра. Традиция живет в практически неизменном виде долгие десятилетия. Посещение Мавзолея по-прежнему моделируется ритуалами, уходящими корнями в историю. Здесь разрешается говорить только шепотом, запрещены головные уборы, фото- и видеосъемка, нельзя держать руки в карманах и т.д.

«Это один из самых впечатляющих номеров, который я когда-либо видел», - признается МакГирк. Черный гранит, жутковатый вид этого тела в двубортном костюме и галстуке в горошек... Это впечатляет. Но одновременно возникает и недоверие: является ли то, что мы видим, действительно телом Ленина. Ответ: и да и нет. Новейшие технологии и достижения науки помогли сохранить останки вождя, но эта нежная гладкая кожа… Мрамор и гранит усиливают эффект от бренности физического тела этого человека.

Рано или поздно (скорее рано, чем поздно) тело Ленина будет удалено из усыпальницы и предано земле, - убежден журналист. Российская молодежь не питает к нему нежных чувств, она скорее равнодушна. Мотивы коммунистов, желающих вечного хранения символа своей идеологии, понятны. Но это имеет очень малое отношения к нынешней России, которая все-таки не Северная Корея.