Культура ВРН

Эфир ожидался 7-8 ноября. Однако передача в эфир так и не вышла.

Юрий Поляков подробно рассказал в своём «Фейсбуке» о том, как проходила запись программы и дал объяснение, почему её не выпустили в эфир. О Татьяне Дорониной писатель отзывается с огромным уважением, а о нынешнем худруке МХАТа имени Горького Эдуарде Боякове – с нескрываемой иронией, особенно о его стремительном переобувании и перекрашивании в православного патриота.

В студии говорили об удручающей премьере «Последнего героя», «удивившего прежде всего своей литературной беспомощностью, очевидной даже для заводского народного театра».

В прославленном театре теперь не только постоянно читают стихи, но и проводят занятия по «православной» йоге и даже читают лекции о раздельном сборе мусора.

Участники передачи с горечью и возмущением говорили о том, как некрасиво поступили с великой актрисой, руководителем театра. Видимо, эта тональность программы и напугала начальство. На каком уровне – трудно сказать, но был включён красный свет.

«Будучи человеком телевизионным, я отлично понимал: запись шла более двух часов, формат «Прямого эфира» около часа, поэтому наиболее суровые оценки, конечно, подрежут, но суть-то все равно сохранится – и страна, миллионы преданных поклонников Дорониной, наконец, узнают, что же произошло с их кумиром. Однако мне в голову не приходило, что «Прямой эфир» о Дорониной вообще не выйдет в эфир», – пишет Юрий Поляков.

А вот у некоторых участников ток-шоу было предчувствие, что программу запретят. Об этом они написали в своих комментариях к тексту Полякова.