Культура ВРН

Что запомнилось и к чему хочется вернуться еще раз?

Академический театр драмы имени Кольцова отличился в этом сезоне самым большим количеством новых спектаклей на любой вкус – и классика (Чехов, Мольер), и современная драматургия (де Филиппо, Стоппард, Пулинович). Их ставили режиссеры разных поколений, с разными представлениями о театре: не ищущий легких путей для зрителя Владимир Петров, пытающийся смеяться сквозь слезы Анатолий Слюсаренко, не боящийся искренности и от этого вызывающий доверие Никита Рак…

А вот личное совпадение у меня в этом году произошло со спектаклем Александра Баргмана, поставившего пьесу Стоппарда «Входит свободный человек». Видимо, режиссер из Санкт-Петербурга совпал и с актерами Кольцовского театра: в спектакле царит дух товарищества, живого человеческого общения. Ключ к пьесе Стоппарда о поиске смысла жизни (занятие неблагодарное, но увлекательное) Баргман находит в музыке «Битлз». Режиссер не идет по пути иллюстрации: самодостаточные битловские песни, появляющиеся в нужный момент, создают подтекст спектакля, договаривают то, что намеренно не высказано на сцене, помогают нам легче перенести головокружительные переходы от фарса к трагедии, от балагана до психологической драмы. Тон всему задает Валерий Потанин, исполнитель роли Джорджа Райли – еще один мастерский портрет чудака в галерее «странных» персонажей актера. Ему не уступают и другие: никогда не опаздывающая с обедом «жена гения» Персефона (Татьяна Егорова), чувствующая себя взрослее своих родителей дочка Линда (Анна Кикас), один симпатичнее другого постоянные и случайные посетители паба – Кармен (Владимир Летунов), Харри (Игорь Болдышев), Эйбл (Егор Козаченко), Флоренс (Алевтина Чернявская), Браун (Валерий Блинов). Особо хочется сказать о вокально-инструментальном ансамбле молодых актеров под руководством Романа Слатвинского, исполняющем песни «Битлз» на протяжении всего спектакля: они играют роль и музыкантов в пабе, и словно со стороны наблюдают за происходящим на сцене, не вмешиваясь в ход жизни персонажей.

Спектакль Баргмана оптимистичнее пьесы Стоппарда, у него вполне определенный финал, герой Потанина сознает, что для счастья не нужны перемены, убеждаясь в незыблемой формулировке: «Счастье – это когда тебя понимают». А вот обретет ли Райли покой – это уже другой вопрос, на который, наверное, каждый зритель отвечает по-своему. Спектакль «Входит свободный человек» как раз трогает своей неоднозначностью, возможностью развиваться, импровизировать – тем несовершенством настоящей, непридуманной жизни, которое заставляет нас сопереживать героям.

Тот же дух «живой жизни» - в спектакле Александра Сидоренко «Бедные люди», поставленном на Малой сцене ТЮЗа. Еще до начала нам вручают программки, сложенные в виде письма – мелочь, а приятно. И на нужный лад настраивает, и предупреждает, что мы увидим не инсценировку эпистолярного романа Достоевского, а вольную фантазию драматурга Семеновского. Об этом спектакле уже высказались уважаемые критики, но это как раз тот случай, когда не грех повторить: достойное, изобретательное, талантливое переложение классики. Красивое, чуткое партнерство Александра Сидоренко (Макар Девушкин) и Екатерины Пухначёвой (Варенька Добросёлова).


Сидоренко удается классика: в прошлом сезоне у него получился замечательный Чичиков в «Мертвых душах», это была значительная, в чем-то даже этапная актерская работа, а в «Бедных людях» Александр выступает и как актер, и как режиссер – вдвойне сложная задача, с которой он справился на очень высоком уровне. Екатерина Пухначёва тоже не вызывает никаких сомнений в образе девушки Достоевского, вернее, не совсем Достоевского, но тем она и интересна. Есть еще один персонаж, который и второстепенным-то язык не поворачивается назвать: он фактически не исчезает со сцены, мгновенно перевоплощаясь то в служанку Федору, то в писателя Ратазяева, то в студента Покровского, то в каких-то инфернальных типов – блистательная работа Василия Маркова (Некто). Трансформации образов помогают декорации Валерия Мелещенкова: черная вращающаяся конструкция выполняет роль парка, сцены в театре, модной лавки, лобного места и многого другого. При всей ироничности, жёсткости и даже жестокости (финал, где Девушкин выбрасывается из окна – аллюзия-перевертыш «Женитьбы» Гоголя) в постановке Александра Сидоренко есть трепетность, несуетность, возвышенность, которая делает классику классикой и позволяет нам, не торопясь, не походя, прожить этот отрезок времени вместе с героями. И что-то понять – о них и о себе.


Ну а самой красноречивой метафорой сезона стала «Умница» театра оперы и балета. Многозначное, иносказательное действо, созданное Карлом Орфом в 1941 – 42 годах в Мюнхене, колыбели национал-социализма, удачно вписалось в репертуар, уже не задавая, а отвечая на животрепещущие вопросы: «Что же это творится в королевстве? – Всё, что придет в голову королю». Зингшпиль Орфа, созданный по известной народной сказке, сегодня воспринимается свежо и актуально. Над спектаклем работала сложившаяся команда: дирижер – Юрий Анисичкин, режиссер – Александр Зыков, художник – Евгений Иванов. Образ Корабля дураков перекликается с Королевством строгого режима. Артисты освоили жанр зингшпиля – с разговорными сценами. Отличная работа Игоря Горностаева (Король), запомнившаяся прежде всего неоднозначным образом: глуповатый король в какой-то момент становится олицетворением абсолютного зла, за дурашливым обаянием проглядывает жестокая бездушная сила, за абсурдом поведения – беспощадная логика власти. Покорило и совершенно очаровательное трио бродяг (Игорь Ходяков, Алексей Тюхин, Федор Костюков). Хочется, чтобы в театре оперы и балета было больше таких спектаклей – остроумных, глубоких, современных. Или это возможно только в жанре зингшпиля?

Сезон еще не завершен, так что будем ждать новых работ и открытий. Ну а то, что он получился неровным, даже хорошо: есть над чем подумать и о чем поспорить.