Культура ВРН

Евгений Федорович Слепых родился 4 января 1935 года. Театральный педагог, режиссер, чтец, профессор. С 1972 года - декан театрального факультета Воронежской государственной академии искусств. Заслуженный артист РФ. 22 марта 2010 года Евгений Слепых удостоен награды «За честь и достоинство в искусстве» Воронежского отделения Союза театральных деятелей России.



- Евгений Федорович, как Вы сами понимаете формулировку «За честь и достоинство в искусстве»?

- Думаю, это награда человеку, который и в профессии, и в жизни держится на высоте. Судя по тому, кто раньше побеждал в этой номинации, это очень достойные люди.

- Чтение стихов, прозы со сцены… Насколько это сейчас важно и актуально?

- Очень важно! Читаю я, читают мои студенты. Приходят люди – и молодые, и пожилые. И говорят, услышав со сцены прозу Бунина, Платонова, Набокова, Чехова, Паустовского, Астафьева: «Мы как будто глотнули свежего воздуха, прикоснулись к настоящей литературе». Вы же помните, как проходили дни поэзии в шестидесятые годы?

- Да, невиданный ажиотаж, полные залы.

- Стадионы! Тогда люди тянулись к живому слову. Никто их не заставлял, не сгонял. Помню, я сам выступал в тысячном зале Новосибирской филармонии. Зал был переполнен. Мы читали Евтушенко, Вознесенского, Рождественского. Мне кажется, очень важно сохранить эту традицию.

- Насколько это реально?

- Вполне реально. Вот недавно приезжал Михаил Козаков. Билеты были недешевые. Но он собрал полный зал! А ведь читал «непростого» автора – Иосифа Бродского. Думаю, что подлинное, искреннее слово сегодня необходимо людям, особенно молодежи. Сама она, к сожалению, читает мало. Я выступаю в филармонии, в школах. Иногда очень хочется этот зал «взять». Гляжу – потянулись, перестали разговаривать, вслушиваются в каждое слово.

- А сколько у Вас всего программ?

- Двадцать пять. Не все из них читаются сейчас.

- Какие же авторы?

- Ахматова, Пастернак, Есенин, Жигулин, Евтушенко, Вознесенский, Рождественский, Винокуров, Солоухин. На радио читал Бунина, Набокова, Куприна, Паустовского, Казакова, Астафьева, Шукшина.

- Я так понимаю, эти же авторы у Вас любимые.

- Естественно. Я читают только то, что мне нравится. Никаких поэтов, которые пишут без заглавных букв, запятых и точек. Я читаю такие произведения, где есть душа и искренне чувство, а всякие фокусы мне неинтересны.

- Что Вам больше приносит удовлетворения – собственное творчество или преподавательская деятельность?

- Это трудно разделить. Выступления перед публикой, конечно, приносят удовлетворение. Но когда ты видишь, как за четыре года ребята, которые приходят с улицы, начинают читать по-настоящему хорошо, это греет душу. Меня часто спрашивают: «Где Вы берете таких талантливых?» Я честно отвечаю: «С улицы». Они начинают прикасаться к поэзии, хорошей прозе, драматургии, искать интонацию, краски. Мы никогда не ставим проходных пьес-однодневок. Это либо классика, либо хорошая современная драматургия – Володин, Вампилов. Через четыре года наши ребята приходят в театр с определенным багажом и навыками. Мы очень много играем дипломных спектаклей. Недавно на фестивале студенческих спектаклей в Москве мы показывали «Прошлым летом в Чулимске». В Ярославль на фестиваль «Театральное будущее России» повезем спектакль по Брехту «Что тот солдат, что этот». Он пойдет на большой сцене Волковского театра. Потом поедем на гастроли в Курск. Там нас уже хорошо знают. Играем спектакли в театре драмы. Принимают очень хорошо.

- Когда артисты уходят в большую жизнь, кто их заменяет?

- Никто! Спектакль пропадает. Так жалко всегда бывает… Ведь эти спектакли очень искренние, живые, там нет штампов. Студенты не успевают ими обзавестись.

- А ближайшие премьеры?

- Спектакль по рассказам Шукшина, «Событие» Набокова, «Лес» Островского, «Стеклянный зверинец» Теннеси Уильямса. Мы стараемся, чтобы была классика, современная пьеса, детский спектакль, по возможности, - музыкальный. Студенты должны попробовать себя в разных жанрах.

- Можете назвать любимых учеников?

- Много могу назвать! Вот сейчас у меня учится чудесный мальчик Саша Васильев. Очень талантливый. В прошлом году на конкурсе чтецов Якова Смоленского он читал Платоновского «Третьего сына» так, что даже жюри прослезилось. Из прежних учеников? Миша Мамедов, Наташа Дроздова, Женя Малишевский, Сережа Карпов, Юра Овчинников, Саша Новиков и многие другие. Работают и в столичных театрах. У меня очень длинный список любимых студентов. На каждом курсе есть, на каждом! Вот сейчас чудная Женечка Плотникова, тоже повезу ее на конкурс Смоленского. Очень органичная девочка. Из Терновского района!

- Кого Вы ставите им в пример? Есть для вас авторитеты в профессии?

- Ну конечно! Для меня самый главный пример педагога и режиссера – Георгий Александрович Товстоногов. Колоссальная фигура. Ну и, конечно, Олег Николаевич Ефремов, Анатолий Васильевич Эфрос, Юрий Петрович Любимов. Мы смотрели тогда все спектакли, ездили в Москву и Ленинград, «проникали» во все театры. Однажды провели меня через служебный вход в театр на Таганке. Это было 25 января, в день рождения Владимира Высоцкого. На столе – гора телеграмм. Высоцкий читает. Мы прошли быстро, я услышал только одну фразу Высоцкого: «Поздравляют актрисочки Мариинского театра».
Из современных режиссеров выделяю Льва Додина. Видел почти все его спектакли.

- Состояние современного театра. В каком направлении он развивается, на Ваш взгляд?

- Театр развивается волнами. Были взлеты, потом спады. Потом опять подъемы. Есть и сейчас достойные примеры – тот же Малый драматический Додина, мастерская Петра Фоменко. Есть люди, которые держат на высоком уровне театры и спектакли. Другое дело, что многие ударились в «осовременивание» классики вплоть до искажения. На одной из лабораторий нам Георгий Александрович Товстоногов говорил, что не надо коверкать классику. И он никогда этого не делал. Тех же «Мещан» он ставил так, как написано у Горького – слова, декорации, реквизит, костюмы. Все по-Горькому. Но мысль – сегодняшняя! Нельзя радикально осовременивать классику. Там обстоятельства другие. Там текст другой, стилистика речи иная. Актер все равно будет врать, потому что будет неорганичен. Как ему сказать фразой Островского или Гоголя о сегодняшнем дне? Если вы хотите что-то сказать про сегодняшний день, ищите пьесу, заказывайте, пишите. Есть сейчас такое увлечение в театре. Иногда режиссеры хотят прикрыть свою несостоятельность, иногда хотят как-то повыпендриваться.

- Бывает ли Вам интересно в воронежских театрах?

- Бывает, конечно. С удовольствием бываю в наших театрах. У Михаила Владимировича Бычкова, например. И в драме были какие-то хорошие спектакли. Это ведь живой процесс. Сегодня удача, завтра неудача. Режиссеры разные, цели разные. Один спектакль ставится для серьезного зрителя, другой – на потребу дня, на кассу. Нет, Воронеж у нас город театральный. По сравнению с другими театрами, которые приезжают сюда иногда на гастроли… С нашими труппами актерскими можно делать очень серьезные вещи. И в драме, и в ТЮЗе, и в куклах, не говоря уже о театре Бычкова. Везде отличные ребята работают. Есть с кем спектакль поставить. Я хорошего мнения о наших театрах. Хотя, конечно, какие-то претензии можно предъявить, и надо говорить о недостатках.

- У нас обучение актера основывается на системе Станиславского. А вот на Западе подчас она изучается факультативно. Тем не менее, тамошние актеры наших зачастую переигрывают. Почему?

- И у нас есть много великолепных актеров, которые блестяще работают – Алиса Фрейндлих, Олег Басилашвили, Сергей Юрский, Михаил Казаков, Александр Калягин… я много могу назвать. Запад-то, он тоже не стоит на месте. Там есть немало студий, которые работают по системе Станиславского и взяли эту систему за основу учебного процесса. В Израиле, например, мне приходилось встречаться с Ниной Соломоновной Михоэлс, дочерью Михоэлса. Она там преподает. Это наша русская школа! Они воспитывают актеров по системе Станиславского. И весьма успешно. А есть актеры гениальные от природы. Станиславский говорил: «Моя система для талантливых, не для гениальных». Некоторые актеры работают интуитивно. И там, на Западе, конкуренция какая! Они знают, что должны быть на уровне, чтобы попасть в хороший театр, в кино. Поэтому и учатся усерднее.



Евгений Федорович Слепых с учениками и коллегами. Выпуск 2009 года.