Персона
18.12.2013 09:11
Иван Вырыпаев в Воронеже: «Зритель больше не верит в персонажа»
- Текст: Ирина Туркулец
- Фото: Максим Махов
16 декабря известный российский драматург и кинорежиссер Иван Вырыпаев провел мастер-класс для студентов Воронежской академии искусств. Режиссер рассказал о собственном подходе к театру, о том, чем сегодня можно «попасть» в зрителя и зачем современным актерам нужна йога.
В самом начале лекции Иван Вырыпаев сказал, что искусство закончилось и это нужно принять как факт:
- Если художник говорит, что занимается искусством в чистом виде – он симулирует, потому что пространства искусства больше не существует, мы не можем развивать новую форму. Если мы покажем «Рублева» Тарковского в пустом кинотеатре, то показ все равно состоится, даже без зрителей. А если так показать мой фильм «Кислород», то без зрителя его не будет. Потому что сам по себе «Кислород» не существует. Сегодня, так называемое, современное «искусство» - это абсолютное разрушение стены между актером и зрительным залом, полное соединение с ним.
Современному театру, по мнению режиссера, нужны актеры, которые показывают на сцене собственные человеческие эмоции, а не просто играют персонажа:
- Станиславского постоянно обвиняли в излишнем натурализме, а посмотрите его работы сейчас – они покажутся вам искусственными. А ведь «Чайка» того времени вызывала шок! «Как в жизни» - говорили они, а нам покажется, что актеры очень театрально разговаривают. Зритель больше не верит в существование персонажа, на первый план выходит сам человек. Сейчас важен диалог «человек – человек», а не «актер-человек». Кроме того, исчезновение пространства искусства помогает освобождать настоящую энергию.
Мы не можем испытать эмоцию персонажа, мы можем испытать только свою эмоцию. Разве я могу почувствовать так же, как это чувствовал Гамлет? Никогда в жизни! Потому что Гамлета вообще не существует. Я могу почувствовать лишь то, что я сам чувствую по отношению к Гамлету.
По словам Вырыпаева, метод, который он использует в постановках своих спектаклей или на съемочной площадке, опирается на классическую школу, но в большей степени его сформировало время. На первый взгляд, он очень прост, но, на самом деле, требует не столько профессионального мастерства, сколько развития личности, внутреннего «Я».
- Я понял, что попадаю в зрителя, когда я с ним говорю. Именно я! То есть, когда я присутствую. На этом и основан мой театральный метод, на тотальном присутствии человека на сцене. Актер весь спектакль должен держать в голове: « Я играю Лопахина, я играю Лопахина», а не «Я - Лопахин». Тогда искусство от Бога, которое находится на небе, спускается вниз, ведь Бог – это не религиозное понятие, это присутствие.
Ключевое понятие «я здесь» - это не просто теория. Для того, чтобы развить это ощущение нужна йога, медитация, правильное питание. Я убежден, что все это влияет на актера. Актер – это четкость, концентрация, ясность. Современный актер не может играть пьяным или под марихуаной, алкоголь – это уже не «я – есть»
Под йогой и медитацией Иван не подразумевает конкретные духовные практики, а наоборот, резко подчеркивает, что это абсолютно не связано с религиозными вещами. Это познание самого себя, управление внутренней энергией. Чтобы студентам было понятно, режиссер принял позу треугольника и показал, как во время расслабления тела происходит выброс энергии. По этому принципу работает и взаимодействие актера со зрителем.
В финальной части встречи зрители смогли пообщаться с режиссером, задав ему вопросы.
- Вы чувствуете большую разницу, когда пишете пьесу на заказ и для себя?
- Я почти все свои пьесы писал на заказ. Обычно мне не говорят сюжет, а только, сколько героев должно быть. Я это люблю, это дисциплинирует. Но я всегда пишу ее как человек, который это поставит. И это минус, потому что никто не может их поставить кроме меня. К моим пьесам нужен ключ, а ключ – это мой метод. В принципе их можно поставить, но у меня другой подход к режиссерской работе. Я ставлю саму пьесу, а не интерпретирую, не строю другую реальность.
Недавно я поставил «Женитьбу» Гоголя с польскими актерами в Варшаве, и это было очень интересно – просто поставить гоголевский текст, это лучше, чем напихать в себя Гоголя и ничего о нем не узнать.
- Должен ли у актера существовать этический кодекс, как у многих других профессий?
- Да. Ты не можешь играть без любви, ты должен любить этот зал. Ты не имеешь права закрывать человека. Мы все это нарушаем, ничего страшного, если ты не хотел, если ты ошибся. Но мы должны стараться раскрывать людей, а не закрывать их. Даже когда мы говорим о тяжелых вещах, зритель должен выходить со светлым чувством.
- Как Вы работаете со своими актерами?
- Нужно, чтобы актер чувствовал себя свободным и защищенным, нельзя насиловать человека, а потом требовать от него творчества. Но как режиссер ты решаешь на площадке определенную задачу, поэтому демократии в полном смысле нет.
-Что делать с идеями, которые вдруг появились, а воплотить их в данные момент невозможно? Как удержать вдохновение?
- Бывает, что я просыпаюсь в пять утра и понимаю, что знаю, как эту сцену поставить. А потом думаю: «Вот сейчас посплю и все запишу», но потом просыпаюсь и все забываю. Но это не страшно. Сегодня одна идея, завтра другая. Зачем за них держаться? Если вы творческий человек, то они никуда не денутся.
- Если художник говорит, что занимается искусством в чистом виде – он симулирует, потому что пространства искусства больше не существует, мы не можем развивать новую форму. Если мы покажем «Рублева» Тарковского в пустом кинотеатре, то показ все равно состоится, даже без зрителей. А если так показать мой фильм «Кислород», то без зрителя его не будет. Потому что сам по себе «Кислород» не существует. Сегодня, так называемое, современное «искусство» - это абсолютное разрушение стены между актером и зрительным залом, полное соединение с ним.
Современному театру, по мнению режиссера, нужны актеры, которые показывают на сцене собственные человеческие эмоции, а не просто играют персонажа:
- Станиславского постоянно обвиняли в излишнем натурализме, а посмотрите его работы сейчас – они покажутся вам искусственными. А ведь «Чайка» того времени вызывала шок! «Как в жизни» - говорили они, а нам покажется, что актеры очень театрально разговаривают. Зритель больше не верит в существование персонажа, на первый план выходит сам человек. Сейчас важен диалог «человек – человек», а не «актер-человек». Кроме того, исчезновение пространства искусства помогает освобождать настоящую энергию.
Мы не можем испытать эмоцию персонажа, мы можем испытать только свою эмоцию. Разве я могу почувствовать так же, как это чувствовал Гамлет? Никогда в жизни! Потому что Гамлета вообще не существует. Я могу почувствовать лишь то, что я сам чувствую по отношению к Гамлету.
По словам Вырыпаева, метод, который он использует в постановках своих спектаклей или на съемочной площадке, опирается на классическую школу, но в большей степени его сформировало время. На первый взгляд, он очень прост, но, на самом деле, требует не столько профессионального мастерства, сколько развития личности, внутреннего «Я».
- Я понял, что попадаю в зрителя, когда я с ним говорю. Именно я! То есть, когда я присутствую. На этом и основан мой театральный метод, на тотальном присутствии человека на сцене. Актер весь спектакль должен держать в голове: « Я играю Лопахина, я играю Лопахина», а не «Я - Лопахин». Тогда искусство от Бога, которое находится на небе, спускается вниз, ведь Бог – это не религиозное понятие, это присутствие.
Ключевое понятие «я здесь» - это не просто теория. Для того, чтобы развить это ощущение нужна йога, медитация, правильное питание. Я убежден, что все это влияет на актера. Актер – это четкость, концентрация, ясность. Современный актер не может играть пьяным или под марихуаной, алкоголь – это уже не «я – есть»
Под йогой и медитацией Иван не подразумевает конкретные духовные практики, а наоборот, резко подчеркивает, что это абсолютно не связано с религиозными вещами. Это познание самого себя, управление внутренней энергией. Чтобы студентам было понятно, режиссер принял позу треугольника и показал, как во время расслабления тела происходит выброс энергии. По этому принципу работает и взаимодействие актера со зрителем.
В финальной части встречи зрители смогли пообщаться с режиссером, задав ему вопросы.
- Вы чувствуете большую разницу, когда пишете пьесу на заказ и для себя?
- Я почти все свои пьесы писал на заказ. Обычно мне не говорят сюжет, а только, сколько героев должно быть. Я это люблю, это дисциплинирует. Но я всегда пишу ее как человек, который это поставит. И это минус, потому что никто не может их поставить кроме меня. К моим пьесам нужен ключ, а ключ – это мой метод. В принципе их можно поставить, но у меня другой подход к режиссерской работе. Я ставлю саму пьесу, а не интерпретирую, не строю другую реальность.
Недавно я поставил «Женитьбу» Гоголя с польскими актерами в Варшаве, и это было очень интересно – просто поставить гоголевский текст, это лучше, чем напихать в себя Гоголя и ничего о нем не узнать.
- Должен ли у актера существовать этический кодекс, как у многих других профессий?
- Да. Ты не можешь играть без любви, ты должен любить этот зал. Ты не имеешь права закрывать человека. Мы все это нарушаем, ничего страшного, если ты не хотел, если ты ошибся. Но мы должны стараться раскрывать людей, а не закрывать их. Даже когда мы говорим о тяжелых вещах, зритель должен выходить со светлым чувством.
- Как Вы работаете со своими актерами?
- Нужно, чтобы актер чувствовал себя свободным и защищенным, нельзя насиловать человека, а потом требовать от него творчества. Но как режиссер ты решаешь на площадке определенную задачу, поэтому демократии в полном смысле нет.
-Что делать с идеями, которые вдруг появились, а воплотить их в данные момент невозможно? Как удержать вдохновение?
- Бывает, что я просыпаюсь в пять утра и понимаю, что знаю, как эту сцену поставить. А потом думаю: «Вот сейчас посплю и все запишу», но потом просыпаюсь и все забываю. Но это не страшно. Сегодня одна идея, завтра другая. Зачем за них держаться? Если вы творческий человек, то они никуда не денутся.
Ранее в рубриках
В Воронеже — Апрельские катаклизмы в Воронеже: заморозки с вероятностью 90 процентов, а ливневые осадки?
Уже в ночь на 8 апреля синоптики прогнозируют в Воронежской области заморозки до минус одного.
В России — «Факел» vs «Арсенал»: победа на классе
Воронежцы доминировали почти всю игру и одержали в Туле заслуженную победу.
В мире — Чем следует запастись на случай чрезвычайной ситуации
Названы продукты, которые следует запасти на случай чрезвычайной ситуации. Не только для себя, но и чтобы поделиться с соседями.
Общество — Отдых и турпоездки стремительно дорожают, причём, не только в Воронеже
Для туристов и отрасли туризма наступают чёрные времена. Скоро поездки окажутся доступны лишь богатым и успешным.
Театр — Современный театр превращается в филиал ада?
Это не фантазия автора. Достаточно сделать подборку фотографий с недавних театральных премьер – и волосы на голове зашевелятся.
Кино и телевидение — Кассовые сборы в России за уик-энд 2-5 апреля: старожилы проката нокаутировали «Королька»
Третье место новой комедии Марюса Вайсберга «Королёк моей любви» вряд ли можно назвать достижением, учитывая сборы.
Персона — Шипы и розы Магдалены Магдалининой
К юбилею замечательной актрисы, заслуженной артистки Воронежской области.
Литература — Вышла шестая книга Вадима Панова о приключениях майора Феликса Вербина – «В сумерках моря»
Загадочные убийства, криминальные разборки, месть, тайны прошлого в романе известного автора остросюжетных романов.
Музыка — Воронежцев пригласили на «полемический» концерт «Антагонисты: Брамс и Вагнер»
Автор программы и дирижёр – заслуженный деятель искусств Воронежской области Игорь Вербицкий.
Изобразительное искусство — Лучшие фотографии недели 28 марта – 4 апреля 2026 в мировых СМИ
От скромных камерных шедевров до массовых мистерий - таков творческий диапазон мастеров.
Зал ожидания — Навстречу Библионочи: приглашение на уникальную межнациональную свадьбу в библиотеке имени Прасолова
Обещают блины, самовар, чай, медведя, выступления, игры и прочие развлечения.
Главное — Воронежцам подсказали, как приятно и с пользой провести выходные дни 4 и 5 апреля
Погоду обещают замечательную, пригодную для длительного пребывания на свежем воздухе.
