Культура ВРН

- Бронислав Яковлевич! Мы с Вами подробно освещали начало концертного филармонического сезона. Пришло время подводить итоги. Каким был этот сезон?

- На мой взгляд, сезон был благополучным. Я избегаю слишком громких определений, потому что в искусстве всегда есть резервы для роста. Не будем давать излишне пышных определений, но констатируем, что многое удалось. Какие же факторы определили это благополучие? Первое: серьезный репертуар, который включал много произведений, ранее в Воронеже не исполнявшихся. Достаточно вспомнить «Пляску мертвых» Артюра Онеггера – мощную хоровую фреску. Отдадим должное Ольге Николаенко, которая работает не покладая рук, отдадим должное нашему Академическому оркестру под управлением маэстро Владимира Вербицкого. Произведение, в котором явственно ощущается тираноборческий дух, было исполнено достойно.
В концерте закрытия сезона прекрасно прозвучала «Весна священная» Игоря Стравинского – произведение сложное для исполнения, с непривычными гармониями. Звучали в сезоне произведения известные, без которых немыслима история европейского симфонизма. Была исполнена давно не звучавшая у нас Шестая симфония Петра Чайковского – великое произведение. И Юрий Андросов его интерпретировал, на мой взгляд, очень удачно. Репертуар был сбалансирован между русской классикой и современностью и зарубежной классикой. Мне бы хотелось больше русской классики. И было в какой-то мере обидно, что мы никак не откликнулись на двухсотлетие Даргомыжского. Верди, Вагнер – это очень хорошо, но Даргомыжский – особая фигура в истории русской музыки, связующее звено между Глинкой и целой плеядой великих русских композиторов второй половины 19 века – начала 20 века - Чайковским, Римским-Корсаковым, Бородиным, Рахманиновым… Без Даргомыжского не было бы Мусоргского, а Мусоргский – явление всемирного значения. Еще бы мне хотелось, чтобы почаще исполнялись произведения современной музыки. Давно у нас не звучал Шнитке, совершенно не звучали Эдисон Денисов, София Губайдулина. Я понимаю, публика охотнее идет на знакомые имена и произведения, но жизнь идет вперед, должна звучать и «новая» музыка. Кроме того, в этом сезоне ни разу не звучал Шостакович, а без Шостаковича, без этой великолепной классики мне всегда сезон кажется чуть-чуть неполным. Давно жду исполнения Восьмой симфонии Дмитрия Дмитриевича – грандиозного полотна, одной из лучших симфоний XX века.

- Это если говорить о репертуаре. А что можно сказать об исполнительском уровне?

- Мы услышали немало замечательных музыкантов. Это и канадец вьетнамского происхождения Данг Тхай Шон. Это и Татьяна Колесова, которая срочно заменила заболевшую Элисо Вирсаладзе. Это было просто восхитительное исполнение. А ведь у этой пианистки обширный репертуар. Она играет все концерты Прокофьева, три концерта Бетховена. Думаю, с ней надо продолжить сотрудничество, как и с Мирославом Култышевым и другими молодыми исполнителями, которые приезжали к нам в этом сезоне.

- Молодые музыканты вообще показали себя с самой лучшей стороны.

- Могу с этим утверждением только согласиться. Отечественная исполнительская школа поистине неисчерпаема. Все время появляются молодые таланты, идущие во след поколению Дениса Мацуева. Играют уверенно, мощно, ярко, ответственно, имеют собственное лицо.

- В этом сезоне филармония приобрела новые инструменты…

- То, что в оркестре появились новые инструменты, улучшило характеристики звучания. Оно стало более сбалансированным, интонационный строй оркестра за последнее время заметно выровнялся и производит впечатление целостности и яркости. И когда за пультом стоят мастера своего дела – и воронежцы, и гости – это производит сильное впечатление. Хочу отметить Игоря Вербицкого. Он все время ищет какие-то новые формы. Пригласил солистов из Санкт-Петербурга, из Воронежского театра оперы и балета. Прекрасный был вечер памяти композитора Андрея Петрова.

- Как реагировала публика?

- Публика живо откликалась на события сезона. И, на мой взгляд, осталась удовлетворенной. Конечно, мне жаль, что небольшой зал филармонии (461 место) не всегда заполняется. Это говорит о том, что в Воронеже, в котором живут больше миллиона человек, всего полторы-две тысячи испытывают потребность в симфонической музыке. Я никому не готов давать советы и никого не хочу учить. Но мне хочется, чтобы к этому великому, серьезному, глубокому искусству приобщалось как можно больше воронежцев.


- Что можно сказать о Молодежном симфоническом оркестре?

- Замечательно проявил себя этот коллектив. У него были интересные программы, интересные солисты. Достаточно назвать Аркадия Шилклопера, Сергея Накарякова – это музыканты мирового уровня. И под занавес сезона Молодежный оркестр получил приглашение в Москву, в Камерный зал Дома музыки для участия в программе «Новые имена», посвященной памяти основателя Фонда Иветты Николаевны Вороновой, которая, к сожалению, незадолго до концерта скончалась. Молодежный оркестр под управлением маэстро Юрия Андросова провел прекрасную программу. Блистали не только московские дети, в частности, кларнетист Егор Местергази, но и воронежские. К примеру, Владимир Шабашов-младший. Он исполнил произведение Густава Петера «Сувенир из цирка Рензо». Зал взорвался, требовал повторения. Не говорю уже о Машеньке Артеевой. Она исполнила «Русский танец» из балета Чайковского «Лебединое озеро» и получила в награду бурю аплодисментов. Дай Бог Марии новых успехов, расти и дальше, а ее педагогу Татьяне Николаевне Тимошенко, которая всегда с ней, – здоровья и сил.


- Как строятся взаимоотношения Академического и Молодежного оркестров?

- Конструктивно. Ряд музыкантов Академического оркестра был подготовлен в Молодежном. Это великолепная школа подготовки музыканта для работы на очень серьезном уровне. С другой стороны, любой коллектив тогда хорош, когда в нем собраны люди трех поколений – молодежь, представители среднего возраста и ветераны. И когда Юрий Андросов привлекает к работе в оркестре опытных музыкантов, он добивается заметного их влияния на весь оркестр. Взаимодействие всех поколений музыкантов, к которому стремится дирижер, это хорошо.

- У Вас преобладают мажорные интонации.

- Почему нет? Подводя итоги 87-го симфонического сезона в Воронеже, мы можем быть удовлетворены. Это не значит, что нам не над чем работать, что мы можем почивать на лаврах и уверять себя в том, что мы достигли совершенства. Это не так. Мы должны идти вперед, расширять диапазон исполняемых произведений, проводить более осмысленную репертуарную политику. Приглашаемые солисты должны быть всегда на высоте. Есть над чем работать.

- Вы говорили, что мест в зале стало меньше, но пустые места на концертах все еще есть. Может быть, поискать новые формы работы со слушателями?

- Это очень важно. Ведь у нас три музыкальных колледжа, более двух десятков детских школ искусств. Надо идти туда, вглубь, заинтересовывать, поручить эту работу людям, умеющим увлечь, очевидно, результат будет достигнуть. К новым формам работы было бы уместно отнести специализированные вечера с большим рассказом о творчестве того или иного композитора с раскрытием его творческой лаборатории. С интерактивным привлечением публики. И тогда можно любую программу выстаивать. Например, «Чайковский и фон Мекк». Шуман и Клара Вик» Все это надо хорошо продумать, концептуально и технологически обосновать. Очень хотелось бы повернуть общество или, точнее, его часть лицом к подлинному искусству. Приобщение к подлинному, великому - это большая работа ума, души, сердца. И после серьезной музыки никто не будет думать о наркотиках и чем-то подобном.

- Сезон окончен, сезон продолжается. Что еще ожидается этой весной, летом?

- Мы запланировали выезды в районы области – это Новая Усмань, Острогожск, Лиски, Россошь. Не хватает в этом ряду, конечно, Борисоглебска с большим серьезным концертом на сцене драматического театра. Я все время бьюсь над этим проектом, и мы уже подошли близко к его реализации, но… не случилось.
Кроме того предстоит участие Академического и Молодежного оркестров в Платоновском фестивале искусств - программа там грандиозная. Планируем поездку в Освенцим, где мы уже были в 2005 году. И вообще заграничные гастроли. Они являются прекрасным стимулом для развития любого творческого коллектива. В мае ожидаем концертов капеллы имени А.А. Юрлова и хора Сретенского монастыря.

- Какие произведения Вы хотели бы услышать в следующем сезоне?

- У нас никогда не звучал «Немецкий реквием» Иоганнеса Брамса. В Воронеже никогда не исполнялось одно из величайших произведений мировой музыки – «Военный реквием» Бенджамина Бриттена. Теперь, когда у нас появились два концертных зала, такая возможность у нас есть. Перспективы открываются большие. Надо их использовать.