Культура ВРН

Владимир Байков – ведущий российский певец с мировой известностью, лауреат международных конкурсов имени Мирьям Хелин в Финляндии, Марии Каллас в Греции, королевы Сони в Норвегии, королевы Елизаветы в Бельгии, имени Георгия Свиридова в Курске. Сейчас Байков поёт «Тоску» в Большом театре с Анной Нетребко и Пласидо Доминго, вводится в партию Рогожина в опере Вайнберга «Идиот» в Большом театре.

К слову, Шостакович очень ценил творчество Вайнберга, а Вайнберг был в дружеских отношениях со Свиридовым. Сохранилась переписка композиторов, которую собирается издать племянник Свиридова Александр Белоненко. Для выступления в Воронеже Владимир Байков выбрал яркие, театральные «Песни Шута» и «Балладу Корделии» из музыки Шостаковича к трагедии Шекспира «Король Лир», драматичный «Отрывок» из цикла Шостаковича на стихи Пушкина и вокальный цикл Свиридова на слова Бёрнса в переводе Маршака.

- Музыка Свиридова близка нам своей мощью, простотой, укоренённостью в русскую традицию, - говорит певец. - Свиридов очень точно чувствовал слово, знал насквозь всю русскую поэзию, его любимыми поэтами были Есенин и Блок, причём он выбирал стихи, которые были посвящены судьбе России. А о цикле на стихи Бёрнса Свиридов говорил: «Это моя сказка о Шотландии». Бёрнс в его творчестве стоит особняком, но он тоже обращается к вечным темам.


Партию фортепиано в вокальных произведениях Шостаковича и Свиридова исполнил Михаил Аркадьев. В 80-е и 90-е Аркадьев работал в тесном сотрудничестве со Свиридовым, вместе с Дмитрием Хворостовским был первым исполнителем вокальной поэмы «Петербург» на стихи Блока. Помимо партии фортепиано в вокальных циклах, Аркадьев исполнил несколько транскрипций и фортепианных пьес Свиридова и Шостаковича.

- Идея программы – показать некие общие темы, которые объединяют Шостаковича и Свиридова, – рассуждает пианист. – Это благоговейное отношение к мировой поэзии, любовь к драме – они вообще во многом близки. Но Свиридов нашёл древнюю славянскую интонацию, которую соединил с европейской романтической интонацией, а Шостакович хотел довести романтизм до экспрессионизма. Цикл Бёрнса Свиридов написал так, что любой шотландец признает в нём свою музыку, а с другой стороны – это совершенно русская музыка.