Культура ВРН

В числе членов жюри профессор РАМ имени Гнесиных Вера Носина, президент Фонда польской музыки Максимилиан Былицкий, выдающийся трубач Гари Гутман. Участниками конкурса стали пианисты из Польши, Чехии, Беларуси, Прибалтики, России (Москва, Санкт-Петербург, Екатеринбург, Пермь).

Воронеж на престижном форуме представляла наша землячка Лариса Вахтель. Накануне пианистка сыграла в Доме актера клавирабенд под названием «Романтический бал». Прозвучавшие в концерте произведения Шумана и Шопена вошли в конкурсную программу.

Лариса Вахтель из породы музыкантов, у которых прекрасная школа и блестящая техника сочетаются с природным умом, чувством меры и безупречным вкусом. Концерты Ларисы – всегда высказывание, не случайное по форме и содержанию. Не стал исключением и её сольный вечер в Доме актера.

Структурообразующим началом программы явилась блестящая стихия бала с чередованием разнохарактерных танцев, приподнятостью тона, очарованием и тайной. Внутренней составляющей концерта, его сущностной основой, стали откровения двух великих романтиков – Роберта Шумана и Фредерика Шопена, чьи полонезы, вальсы, мазурки и другие произведения, зародившиеся в рамках танцевального жанра, трансформировались в тончайшие фортепианные миниатюры, поражающие ювелирной тонкостью отделки, виртуозным изяществом, глубиной музыкально-поэтических образов.


Открыл концерт шопеновский Полонез ля-бемоль мажор. Величавый, с военной выправкой и благородной осанкой, своей массивной октавной фактурой приближающийся к звучанию целого оркестра, он не зря назван «Героическим». Под руками Ларисы он звенел шпорами, пленял красотой панянок, вызывал в памяти картины пышных балов польской знати.

По сравнению с ним каждый по отдельности номер из «Танцев Давидсбюндлеров» Шумана, на первый взгляд, мог показаться провинциальной барышней, случайно попавшей на великосветский раут. Этот опус – нечастый гость на концертной эстраде, большей популярностью у пианистов пользуются «Карнавал» и «Крейслериана».

«Давидсбюндлеры» пленяют истинных знатоков и любителей музыки Шумана своей неискушенностью, первозданностью. В этом цикле мы узнаём настоящего Шумана, не разыгрывающего нас литературными и музыкальными мистификациями, в которых он был непревзойденный мастер.


В трактовке Ларисы Вахтель «Давидсбюндлеры» относятся к «Карнавалу» как лица к маскам. Образы выдуманных композитором персонажей Флорестана и Эвсебия – главных героев и вождей «Давидова союза» – истончаются настолько, что становятся тождественны автору. Лариса сумела точно передать то, что в немецком языке называется der Geist (дух, суть) произведения, следуя рекомендациям самого Шумана: «Лишь тогда, когда тебе станет вполне ясной форма, тебе станет ясным и содержание».

Вторую тетрадь «Давидсбюндлеров» сменили вальсы и мазурки Шопена, которые после написанного не напоказ шумановского дневника стали естественным продолжением откровенного разговора обо всем, что дорого человеку на этом свете.
И снова Шуман: на этот раз две «Фантастические пьесы» – «Порыв» и «Отчего?», под быстрыми и чуткими пальцами пианистки похожие на неуловимую игру воображения.

Шуман и Шопен были ровесниками, оба родились в 1810 году. Они познакомились в 1835-м, а осенью 1836 года Шопен приехал в Лейпциг и сыграл Шуману свою Балладу № 1. В прозвучавшей в финале концерта «Фантазии-экспромте» Шопена они снова встретились: два героя романтической эпохи, Флорестан и Эвсебий, борющиеся с филистерами, как любимый ими царь Давид с филистимлянами. Лариса Вахтель сделала эту встречу реальностью.