Культура ВРН

Как это было:

 «… когда Слава Бутусов был еще радостным мальчиком, - улыбается со сцены 50-летний вокалист, - при записи этой песни он вызвался на бэк-вокал. Сегодня предлагаем эту партию вам…» И зал ДК весело дружно раскатывается: «Белая ворона»!

Во время концерта лидер группы «Чайф» Владимир Шахрин  вместе с остальными членами легендарной команды рассказывал в своих теперь уже бессмертных песнях историю  коллектива. И согласился ответить на вопросы.

- Ваш альбом называется «25 лет выдержки». Это ассоциируется с маркой алкоголя?

 - Не обязательно. Если говорить терминами виноделов, то это как минимум очень выдержанный продукт. Еще название «25 лет выдержки», говорит о том, что мы 25 лет выдержали друг друга, все эти бесконечные поездки, вокзалы, прочее. Поэтому, в названии заключено нечто большее, чем простой винодельческий термин.

 - И тяжело было выдерживать друг друга?

- По-разному бывало. В группе отношения скорее не профессионально-музыкальные, а семейно-музыкальные. Это больше похоже на семейный коллектив. А в любой семье бывают ссоры. Где каждый человек имеет право голоса. И на каждое событие у всех бывают разные точки зрения. При этом мы друг друга выдержали.

- Довольны ли вы своей жизнью, есть ощущение полного счастья?

 - Человек, который постоянно доволен и счастлив,  – это диагноз, - смеется Шахрин.

- 25 лет – это большой срок. Как за этот путь изменились ли ваши жизненные взгляды, если изменились, то как?

- Конечно, изменились, потому что изменился я сам. Наверно, наивно думать, что 25-летний юноша и 50-летний мужчина одинаково смотрят на жизнь. То есть, в 25 лет у меня было гораздо меньше обязательств перед окружающим миром, я был абсолютно свободен. Когда в 25 лет человек – потенциальный революционер и бомбометатель – это нормальное явление. Отчасти мы такими и были.

- Что изменилось с тех пор?

- Совершенно естественные возрастные изменения. Как лицо с годами приобретает морщины, припухлости, еще что-то. У меня появилась ответственность за своих очень пожилых родителей, детей, внуков. Осознаешь, что есть что-то важнее, чем мифические героические идеи, которые мне 25 лет назад казались абсолютно первичными. Но это не значит, что мы полностью изменились – отношение к людям, миру и музыке у меня осталось прежнее. Я как влюбился в девочку в 1976 году, так мы до сих пор вместе и живем.

- А как же романтика протеста?

- Сегодня меня откровенно пугают 60-летние революционеры. К примеру, Эдуард Лимонов, безусловно – яркая интересная личность, но на данный момент он  меня откровенно настораживает. А 25 лет назад мне было бы с ним интересно, и у нас было бы много общего. В 50 лет понимаешь, что демонстративное стояние на баррикаде не дает ни малейшего эффекта.

 - А ваша недавняя история с наклейками на машины?

- Это не акция и не движение, которое я возглавил, - это только личное отношение к моему двору и тому, что там происходит. Просто наболело! Захотелось сказать некоторым людям, что они - хамло. Вот и все. То есть, я не делаю наклейки на все подряд машины. А только на те, которые перекрывают пандусы, где находится съезд для инвалидов и женщин с колясками. Подобных мест в Екатеринбурге не так уж и много…

- А в Воронеже какое хамство отметите, чем запомнился наш город?

 - Мусорным лесом. Нас поселили в пригороде. Пошел прогуляться по лесу – достаточно «засранное» место, я вам на полном серьезе скажу. Это чудовищно! Как люди могут так загадить свой собственный лес! Причем, совершенно очевидно, что они приезжают на машинах, устраивают пикники. А потом оставляют за собой горы мусора: пластиковые бутылки, стаканы, банки из под пива… Почему трудно это все собрать и обратно увезти с собой?! Это замкнутый круг… я понимаю, что люди приезжают с детьми – и их дети в дальнейшем будут поступать так же. То есть мусорить и не убирать за собой. Они это воспримут, как так и должно быть: приехал в лес и бросил – пусть кто-то убирает... Когда я в детстве ходил в лес с отцом, он меня учил: «если мы принесли полные банки, бутылки, значит, мы в состоянии унести пустые». И даже, если мы на электричке ехали, мы всегда все увозили, убирали за собой место. Так что, это все, что мне запомнилось, когда гулял около гостиницы по лесу.

- «Колыбельные» внучкам поете? А сами пишете детские песенки?

 - Пою - да, но не пишу. Знаете, когда ребенку нравится песенка – он просит петь ее до бесконечности. Споешь ее раз 50 подряд, и после этого ходишь радостный три дня: «Перышки у птички…»

 - Есть ли у «Чайфа»  какие-нибудь песни, которые вам уже приелись, и не хочется исполнять?

 - В принципе нет. Если не хочется играть песню сегодня, мы ее не играем – вот и все. А вообще, я всегда ставлю себя на место зрителя. И считаю, что мы обязаны сыграть то, из-за чего пришли к нам люди, те песни, по которым нас узнают.

- А вас не задевает, когда слышите свои песни в плохом исполнении под гитару пьяных компаний?

- Нисколько. Это такое состояние, когда людей никто не заставляет – им просто хочется петь. Да, понимаешь, что это чудовищное исполнение, но оно хорошее. В такие моменты я про себя понимаю: «Криво, но от души».

 - Какое напутствие будет начинающим рок-музыкантам?

- Не слушать никаких советов и делать, то, что им хочется делать. Забыть о том, что они где-то слышали такие слова, «формат», «рейтинги», «продвижение по шоу-бизнесу». Просто играть ту музыку, которая им нравится. Это, на мой взгляд, единственный честный способ добиться какой-то популярности…. Единственное, что на сегодняшний день придумали музыкальные технологи – это нужно много денег, или встать в определенную сексуальную позу, чтобы вас «поимели». Так способов не так много.

 -  «Чайф» планирует выпустить новый альбом?

 - На данный момент есть песни Владимира Шахрина, и, я думаю,  скоро мы их поиграем вместе с группой, и, полагаю, запишем альбом.

 - У вас есть песня «Аргентина-Ямайка». После поражения Российской сборной по футболу хотели что-нибудь подобное написать?

- А после поражения по биатлону, баскетболу и другим видам спорта – тоже написать? У нас в Екатеринбурге был один такой композитор, который писал песни для юбилеев электромеханического и  прочих заводов, для танкистов, про пехотинцев. Про футбольную команду – писал о защитниках, про нападающих, полузащитниках, их женах… Передо мной задачи не стояло написать песню. И на самом матче я не был. А просто увидел ситуацию после него. Я написал то, что увидел. Ситуация была очень поэтична - мне запомнилось: когда в определенный момент музыка объединила болельщиков обеих команд.

...Эмоционально встретил Воронеж ветеранов отечественной рок-сцены. Концерт проходил в дружеской обстановке и скорее напоминал посиделки у костра в близкой компании.

Музыканты, перебивая, друг друга, весело вспоминали истории школьной поры - про то, как бегали с гитарами по улицам, а спустя некоторое время уже засиживались на репетиционной базе. Как появлялись благодаря жизненным обстоятельствам новые члены коллектива. Первые концерты, записи первых "голубых" пластинок и бесконечная благодарность людям, которые всегда помогали начинающей группе. А после - период взросления коллектива. Рождение новых жизненных ценностей и приоритетов. На смену маленьким рок-н-рольным зарисовкам начали появляться тексты с глубоким смыслом, да и время уже позволяло импровизировать. А дальше...

- ...дальше рок-музыка вышла в широкие массы. На больших площадках начали собираться толпы любителей "музыки потяжелей". И именно в этот период известность группы ЧАЙФ вышла за пределы тихого Свердловска, нынешнего Екатеринбурга.

Их песни уже перепевают в больших кампаниях у костра, в подъездах.

Особую иронию и гордость у музыкантов вызывало приглашение Президента выступить перед первыми лицами страны

"Будем надеяться, в этом году тоже пригласят. Теперь-то мы знаем, как им понравиться", - подмигнул залу Владимир Шахрин.