Культура ВРН

Рецензия

Ни в одном из 13 романов об Эрасте Фандорине автор не делал столь щедрых подарков интеллектуальному читателю. То, что Акунин - непревзойденный мастер стилизации, известно давно. И на этот раз писатель в качестве подарка преподносит читателю приложение – пьесу «из японской жизни» «Две кометы в беззвездном небе», якобы сочиненную Эрастом Фандориным. А, кроме того, Акунин щедро наполняет свой роман иронией и самоиронией. Материи эти столь тонкие, что не всегда заметны, хоть и пронизывают повествование от первой до последней строчки, придавая ему изящество и глубину.

1911-й – один из последних счастливых годов Российской империи перед тем, как она погрузится в пучину войн и революций. Фандорину - 55. Он не у дел. Убийство премьера Столыпина – последний шанс быть востребованным, послужить отечеству. Кому, как не Фандорину раскрыть это преступление, имевшее для России столь катастрофические последствия? Но - не позвали. Эраст Петрович и эпоха незаметно разошлись, как в море корабли. В чести теперь другие люди – умеющие угодить и выгодно доложить начальству. Фандорин – благородный муж - не из их числа.

Приходится убеждать себя, что жизнь – это прибавление, что старое вино с годами только ценнее. Есть что-то трогательное в его попытках обмануть время, отсрочить старость с присущими ей болезнями, немощью, угасанием ума. Отметив 50-летие, Эраст Петрович начинает лепить из себя супермена. Погружается на дно морей и океанов, изучает языки, жонглирует и совершенствуется в фехтовании, разъезжает на мотоцикле, ставит химические опыты. Собирается изучить китайский и арабский, научиться ходить по канату. Но тут раздается звонок, знаменующий начало крутого поворота в его судьбе. Поскольку весь мир - театр, и люди в нем актеры, звонит не кто-нибудь, а Ольга Леонардовна Книппер-Чехова. И Фандорин с неохотой берется за дело, которое начинается с опереточного эпизода со змеей, подложенной в корзину с цветами, а заканчивается…

Заканчивается, скажем так, неоднозначно. Нет, злодей, разумеется, разоблачен. Но – не столько усилиями Эраста Петровича, сколько логикой развития событий. А что же Фандорин? Он влюблен! Влюблен в ведущую актрису модного театра «Ноев ковчег», для которой нет труднее задачи, чем отделить театр от жизни, прием, игру – от искреннего выражения чувств. Нить расследования ускользает от Эраста Петровича, он идет по ложному следу, делает ошибки…

Жанр классического детектива размывается под напором аллюзий, забавных анахронизмов (вроде камеры, спрятанной в пуговице), скрытых цитат, мудрых сентенций. Чего стоит описание творческого метода и приемов «нового театра» режиссера-реформатора Ноя Ноевича Штерна. Тут и неожиданно оживающая на сцене фигура, которую зрители до самого конца принимали за статую, и использование кино в театральной постановке. А какая деловая хватка, какая любовь деньгам, какое умелое использование сплетен и сенсаций для подогрева интереса публики! А неискоренимые спекулянты-перекупщики, а круговая порука в коррумпированной правоохранительной системе? Неужели это 1911 год? Да и мастерски выполненные иллюстрации Игоря Сакурова игриво перекликаются с днем сегодняшним. Вглядевшись в лица актеров театра «Ноев ковчег», нетрудно заметить их сходство с современными прототипами. А человек с раскрытой книгой в суфлерской будке имеет несомненное портретное сходство с Григорием Чхартишвили.

Романом «Весь мир театр» Борис Акунин недвусмысленно отсылает нас к началу цикла (к примеру, имя героини – Элиза, а погибшую невесту Эраста в романе «Азазель» звали Лизой). Вероятно, мы не увидим стареющего Фандорина в последующих романах (если, конечно, они когда-нибудь будут написаны). Разве что, автор найдет способ (и веский повод) вклиниться в хронологический ряд «фандорианы» с каким-нибудь ретро-повествованием о молодых годах своего героя.


Объявление

Отдых на Крымском полуострове всегда оставляет самые яркие воспоминания. В Феодосии отдых будет незабываемым. Наслаждайтесь сказочной природой и чистотой воздуха.