Культура ВРН

Интересный маркетинговый ход издательства «РИПОЛ классик»: спустя некоторое время  выпустить тот же роман под другим названием.

Авторский вариант заголовка - «Обскура». В нем французский писатель Режи Дескотт обыгрывает не только значение слова – «темная», но и камеру обскуру, ставшую прародительнице фотографии. Обскурой иногда называют одну из героинь романа, влечение к которой так далеко завело молодого доктора Жана Корбеля.

Недавно книга вышла под заголовком «Макабр, или Пляска  смерти». Жанр произведения обозначен недвусмысленно. Это – макабр, готический триллер-детектив, в котором Смерти отведено почетное место.

Интрига разворачивается вокруг знаменитой картины Эдуарда Мане «Завтрак на траве». Некий маньяк постоянно пытается воссоздать полотно – но не кистью и красками, а в виде многофигурной композиции. Весь ужас в том, что в качестве субъектов он использует трупы. Уже погибло немало молодых женщин, но парижская полиция не проявляет особого рвения в поисках серийного убийцы – ведь убитые были проститутками.

Полиция не очень-то старается и тогда,  когда в сети одержимого злодея попадает порядочная женщина – жена доктора Корбеля Сибилла, так похожая на модель, с которой рисовал свои картины Мане. Проще обвинить в пропаже жены супруга и закрыть дело, чем заниматься расследованием, которое еще неизвестно куда заведет. Ведь почерк убийцы указывает на его аристократическое происхождение, и денег у него, судя по всему, немерено.

Режи Дескотт погружает нас в атмосферу французской столицы конца XIX века. Порой на страницах его романа возникает смутная тень Эмиля Золя. Другой «прародитель» «Обскуры» - Патрик Зюскинд с его великолепным «Парфюмером». Сцены ареста  и допроса молодого доктора отсылают нас к Кафке. Автор – явно человек начитанный и не лишенный писательского дара. Он умело сплетает сюжетную паутину, в центре которой оказывается крупный негодяй. До поры до времени ему удается дергать за нити, заставляя героев романа впадать в отчаяние, совершать импульсивные поступки, бессильно метаться в поисках выхода.

Перед читателем проходит целая галерея персонажей – обитателей  Парижа 125-летней давности – от ангелоподобного мальчика Анжа до прожженного директора театра, который не прочь попользоваться зависимостью своих молодых актрис.  Здесь еще горят газовые фонари и разъезжают по улицам конные экипажи. Но технический прогресс уже несет людям свои  плоды, часть  из которых оказывается отравой.

Автора можно упрекнуть в некоторой композиционной рыхлости. В первой половине романа хватает излишних описаний, но не хватает внутреннего напряжения. Но все это можно простить, перевернув последнюю страницу книги.

Книги, написанной неравнодушным пером.