Культура ВРН

Напротив, повесть Бориса Подгайного «Книголюбы» показывает, насколько велика дистанция между душами, которые увлечены, по видимости, общими интересами, связаны биографией и бытом, но внутренне катастрофически удалены друг от друга.

Сергей Дубянский в повести «Кирилл и Ян» в какой-то мере развивает стародавнюю идею Стивенсона о раздвоении личности человека. Однако в современном сюжете две разительно непохожие ипостаси обретаются в теле прожжённого московского журналиста одновременно. Один – тот, кто раньше был в ладах с идеалами и совестью, другой – считает современный мир низким и циничным. Однажды первый сделал свой выбор и стал вторым, но не растворился в нём, а потаённо спорит и старается поправить его поступки и слова. Командировка в провинциальный город сталкивает столичного витию с людьми, которые не хотят изменять себе.

Рассказы Виктора Острикова (Тамбов) напоминают нам о Шолохове. Батальный сюжет аукается с незаконченной повестью «Они сражались за Родину», а жанровый сталкивает главного героя с великим русским писателем в ситуации обыденной, связанной с рыбалкой.

Фантасмагория в историях Игоря Семёнова, на первый взгляд, выглядит нарочито. Но сама фактура нынешнего мира, что возникает перед глазами читателя по воле рассказчика, является драматичным предвидением какой-то иной бесчеловечной реальности.

В поэтическом разделе номера представлена лирика Владимира Шемшученко (Санкт-Петербург) и Нины Стручковой (Подмосковье), Екатерины Яковлевой (Мурманск) и Геннадия Иванова (Москва), Аллы Касецкой (Вологда) и Александра Ананичева (Сергиев Посад). В переводах Сергея Луценко публикуются стихи разного времени известных поэтов-русинов.

«Три рассказа про мою войну» Дмитрия Якушкина (1923 – 1994) – прекрасный образец документальной прозы. Яркое изображение обстоятельств усиливает драматизм происходящего, а точный, литературно выверенный и лаконичный язык дополнительно подчеркивает трагические коллизии военной поры. Письма и дневник военного врача, пропавшего без вести, в публикации Елены Гусаченко становятся ещё одним свидетельством той грозной эпохи.

Подготовленный Еленой Антоновой (Москва) срез литературной жизни в переписке главного редактора журнала «Новый мир» Вячеслава Полонского и критика Николая Замошкина знакомит нас с атмосферой творческой жизни 1929 года. Ожесточенные дискуссии, панорама ярких писательских имен, первые упоминания рассказов Андрея Платонова – вот антураж, на фоне которого происходит редакционный обмен письмами руководителя и сотрудника одного из ведущих советских журналов.

Концептуальная статья Петра Ткаченко (Москва) посвящена духовному смыслу стихотворений Юрия Кузнецова. Проницая предметную картину мира, поэт отчетливо прозревал бытийную подоплеку происходящих событий.

В рецензии на сборник очерков «Почва и крона» о выдающихся деятелях русской истории, биографически связанных с Воронежским краем, Петр Рябинин пишет о необходимости хранить историческую память, придавая ей полноту и строгую объективность.

Материал Андрея Румянцева (Москва) – о подвижнической деятельности пианиста Дениса Мацуева, который много сил вкладывает в развитие молодых имён и старается познакомить с высокой музыкальной культурой жителей самых отдаленных географических точек страны.


На вклейке размещены репродукции картин участника Великой Отечественной войны, воронежского художника Николая Трунова: пейзажи, жанровые работы, портреты, натюрморты, декоративные сюжеты. На всякой вещи можно увидеть творческую печать автора – в мягкой палитре, любви к солнечному свету и летнему буйству цветов, в психологической глубине лиц и характеров.


Не случайно очерк Александра Гуторова о творчестве живописца назван так символически: «Когда в картинах живёт душа».