Культура ВРН

Замечательно, что талант Крауча заметили в издательстве «Эксмо», и мы имеем возможность знакомиться в переводе с книгами писателя вскоре после их выхода на родине. Признаюсь, мне особенно приятно, что Блейк родом из Северной Каролины, где мне не раз довелось побывать. И роман Dezert Places начинается в доме у озера Норман – такого живописного и такого знакомого…

Этот роман – начало трилогии об Эндрю Томасе и Лютере Кайте, начатой Краучем, когда он ещё не был знаменит. Вторая книга цикла – Locked Doors – вышла в 2005 году. Третьей части (Break You) читателям пришлось подождать. Блейк написал её 2011 году.

Таким образом, в «Пустоши» перед нами «ранний» Крауч. Те, кто надеются найти в романе неожиданные повороты сюжета, леденящие душу подробности, динамику и яркие характеры, – не ошибутся в своих ожиданиях. Это тот же автор «Абандона», чьим главным козырем остаётся занимательность, а главной отличительной чертой – большое уважение к читателю, которого писатель никогда не обманывает в ожиданиях. И в трилогии «Сосны», и в «Тёмной материи». И это писатель, который много и упорно работает не только над своими книгами, но и над собой.


В романе «Пустошь. Дом страха» модный автор кровавых триллеров Эндрю Томас противостоит своему брату Орсону Томасу (он же – Дэвид Паркер, Роджер Гаррисон, Брэд Харпинг, Патрик Маллиган и Винсент Кармайкл). Подручным серийного убийцы Орсона Томаса является Лютер Кайт – настоящий демон во плоти, «идейный» садист и психопат. Именно он продолжит «дело Орсона» в других книгах трилогии.

В «Пустоши» заметно стремление автора не только пощекотать нервы читателю (а пронимает даже видавших виды книгочеев), но и приподнять историю, придав ей философское звучание. Во взаимоотношениях Эндрю и Орсона без труда угадывается отсыл к библейской притче об Авеле и Каине. Но так ли праведен этот современный Авель, который убивает и мучает людей только в своих книгах, за которые получает крупные гонорары? Каин-Орсон делает то же самое в реальной жизни и стремится «открыть глаза» брату на его тёмную природу, закамуфлированную до поры до времени литературным творчеством.

Накал страстей достигает апогея ровно там, где и подсказывает теория «золотого сечения», а потом наступает развязка, и автор пишет эпилог, который оставляет полуоткрытым. Как если бы уже начал обдумывать продолжение этой невероятной, но при этом не отпускающей до самого конца истории.

Блейк Крауч пытается рассуждать в «Пустоши» о природе добра и зла, поднимает тему ответственности писателя за каждое написанное слово. Видимо, эти мотивы возникли в романе не случайно, и сам автор не раз об этом размышлял. Прямых ответов и готовых рецептов Крауч читателю не даёт. Кто знает, что таится у каждого из нас под личиной благопристойности и даже интеллигентности?

Конечно, в романе имеются натяжки, странности и неувязки. Это вообще характерно для Крауча. «Правда жизни» и железная логика – не его сильные стороны. Но недостатки книги с лихвой компенсируются увлекательностью и напряжённостью. А без допущений фантастики и приключений не может быть по определению, не правда ли?