Культура ВРН

На этом фоне белыми воронами выглядят те профессионалы, которые ради истины готовы идти навстречу девятому валу восторгов. Их оказалось всего 6%. Оставим славословия в покое, послушаем, что говорят принципиальные критики.

«Сплошное дежавю — вот эти омерзительно прилипшие к бледному орочьему черепу волосенки мы уже видели у Горлума, а этот кадр из батальной сцены мелькал в «Двух башнях» (или это было «Возвращение короля»?), кто-то другой — кажется, Фродо — уже также помирал от отравленной раны, да и Гэндальф уже немного утомил своими постоянными отлучками. И снова герой бредет по горам и внутри них, с ужасом оглядывая гномьи гекатомбы. И снова замершие по стойке «смирно» короли произносят свои витиеватые речи о расе и судьбе (такие долгие, что ты действительно чувствуешь дыхание Вечности), и снова пялится Черный властелин, и снова героев ждет чудесное спасение... Лишь рекомбинаторика, бесконечная игра с ограниченным набором ролей и мотивов. То, что мы наблюдаем в новом «Хоббите», — самый настоящий декаданс, упадок некогда большого стиля. Это сюрреалистическое ощущение, этот запах пыли и нафталина, этот нехороший свет ночного солнца не спутать ни с чем».
Василий Корецкий, сolta.ru

«Джексон и в первом «Хоббите» делал отступления от сказки Толкина, но во второй части они стали слишком откровенными: такое ощущение, что режиссер использует любой повод, чтобы добавить в сюжет экшна. Впрочем, для обычных зрителей это только плюс, а толкинисты после «Властелина колец», кажется, вообще дали режиссеру индульгенцию на любые фантазии».
Сергей Уваров, «Известия»

«Появление людей да наметившийся роман Фили с эльфийской барышней — вот, пожалуй, все находки драматургов и режиссера «Пустоши Смауга». Остальное место занимают приевшиеся погони злобных орков, шаманские сеансы престарелого волшебника Гэндальфа и его коллеги-сверстника Радагаста, выпадания хоббита Бильбо из видимого мира с помощью волшебного кольца. Несмотря на бешеную динамику внешнего действия, дело Питера Джексона движется к финалу тяжеловато. Скорее бы уж гномы отбили свою гору».
Дарья Борисова, «Независимая газета»

«Александру Дюма издатели платили за каждую строчку, потому он ввел в сюжет «Трёх мушкетёров» Гримо, слугу Атоса, который всегда выражался односложно, как правило одним словом, которое в любом случае считалось целой строкой. А ещё персонажи часто переспрашивали друг друга. Таким образом, объём увеличивался и платили больше. Питер Джексон пошёл по пути Александра Дюма. Главный минус его второго фильма из новой трилогии остался прежним: много лишней и ненужной «воды», которая льётся, увеличивая хронометраж, но совершенно размазывает содержание. Объём фильма опять увеличивается за счет беготни по подземельям и лесам; разговоров, в которых переливают из пустого в порожнее; да продолжительных и слишком невероятных драк с орками. Последние вообще отличаются какой-то сверхпронырливостью, постоянно умудряясь незамеченными проникать внутрь охраняемой территории и сваливаться в буквальном смысле слова героям на голову. Причём, продуктивности от этой пронырливости никакой: убить орки никого не могут, а вот сами гибнут пачками.
Евгений Савойский, kinoafisha.ru

«Наблюдая за некоторыми новыми – а также очень старыми – персонажами, невольно начинаешь задумываться, так ли уж надо было силой заталкивать их сюжет, и без того весьма дутый? Да-да, речь идет, в первую очередь, про Тауриэль и связанную с ней романтическую линию, ради которой смело можно учредить новую номинацию для «Золотой малины», что-то вроде «Самая загадочная, натянутая, бессмысленная и бестолковая трата хронометража (за которую сценаристам должно быть стыдно до конца дней своих)». Зачем нужно было вводить в историю ее персонажа, совершенно чуждого этому произведению? В чем смысл распылять сценарий на этот набор примитивных, приторных и слащавых штампов? К чему было влюблять в нее одного из гномов, да еще и подарив бедняге надежду на взаимность? Ну... бог его знает (причем сразу два, имя которым – «Целевая аудитория» и «Маркетинг», гори они пламенем дракона). Концовка «Пустоши Смауга» еще хуже, чем в первой части. Нет, не так... она чудовищна. Отвратительна. Убога. Это не уровень эпического блокбастера в трех частях, это уровень сериала среднего пошиба с ABC. А про графику говорить хочется только нецензурно.
Роман Волохов, kinonews.ru

«Во всей этой истории с тремя частями экранизации небольшой повестушечки про хоббита - больше всего жалко самого режиссёра. Попытки Джексона с таким фанатизмом искать глобальную эпичность там, где её нет, несколько утомляют. А столь сильное разведение книжки приводит к тому, что главные действующие лица (хоббит, гномы, вечно занятый Гэндальф) – оказываются задвинуты на второй план. Причём непонятно зачем: ничего такого нового и интересного на месте хоббита не выросло. При этом висевший в воздухе после первой части вопрос – а что там ещё две серии то делать? – теперь снят. В таком темпе и с таким подходом можно замахиваться на еженедельный сериал в пять сезонов. И вот тут мы как раз подходим к основной проблеме этой экранизации. Это, собственно, та идея, которую ещё сам Толкиен в своей детской сказочке про хоббита и дракона очень недвусмысленно продвигал. Ведь по большому счету, если говорить совсем по простому, то вся книжка «Хоббит» - это история про то, что «жадность – это плохо». И неважно, кто ты при этом: гном Торин, дракон Смауг, хоббит Бильбо или режиссёр Питер Джексон. Морфология волшебной сказки - она для всех одинаковая.
Ольга Егорова, kinoafisha.ru