Культура ВРН

Среди различных новшеств, связанных с юбилеем Воронежа, наши граждане  (и не без оснований!) ожидали появления на улицах и площадях города новых памятников.

Ну, и где? Где памятник основанию/основателям Воронежа? Где памятники Панину-Коломенкину, Корольковой, Мордасовой, Маршаку?

Зато в расписании маршрутных такси фигурирует улица с интригующим для литературоведов названием «П. Маршака». Вообще-то имя замечательного поэта Самуил… Расшифровывается «П. Маршака» просто – оказывается, это означает  улица «Писателя Маршака».

Ну да ладно, вернемся к перечисленным памятникам. Повторимся – где же они? Правда, по поводу их рождения не раз подчеркивалось, что памятники возможно появятся.

Может, мы их еще увидим. Бывало же, и не раз, когда даты возведения и открытия различных монументов переносились. В Воронеже практика эта насчитывает, как минимум, уже целое столетие. К примеру, памятник И.С. Никитину изначально задумывали соорудить к юбилею рождения поэта, а получилось к юбилею кончины. Не раз откладывали и открытие уже готового мраморного изваяния А.В. Кольцова.

Или вот совсем недавняя история с памятником ВДВ. Помните, сколько раз переносили дату его торжественного открытия? Хорошо, это рабочий момент, причины могут быть самого разного характера, и объективные в том числе. В общем, будем ждать и надеяться.

Хотя ведь и сказать, что ничего не появилось – погрешить против истины. Из «последнего» в Воронеже отметим памятник Профессору и Студенту. И очень даже хорошо, что профессор приобрел узнаваемые черты Николая Владимировича Троицкого. Символично? Безусловно. Чувствуется «воронежская» жилка? Конечно.

Какими быть  нашим памятникам? Член Союза художников России Юрий Астапченко еще в прошлом году заметил, что скульптуры нужно делать именно для Воронежа, причем исходить надо из определенного места. В этом свете памятник Профессору и Студенту – яркий показатель.

Появился в Воронеже Стул. Слов нет, объект интересный и, наверное, он в духе времени. Кстати, место ему тоже подыскали самое что ни на есть подходящее.

А вот здесь Воронеж совсем не исключение.

В Самаре не так давно установили памятник Крокодилу Гене. В различных городах России появляются памятники сантехникам, пельменям, мобильным телефонам. Ново, смело, необычно. Кто-то добавит – «прикольно».

Экстравагантность и оригинальность – это все здорово, но где же памятники, о сути которых говорил Юрий Астапченко?

Крокодилы и «мобилы», при всем к ним уважении, совсем не являются отражением городской истории, культуры, нашего бытия, наконец. Да, они – некая «изюминка», штрих, объект любопытства. Сложив все три «ингредиента», получаем не единственную, но характерную черту нынешних умонастроений.

Иные считают, что на одной «классике» в наше время далеко не уедешь. Люди высказываются о необходимости разнообразия в памятниках, о ломке всяких условностей и канонов. С перечисленным багажом уехать, конечно, можно, но вот вопрос – куда? Ведь можно не только уехать, но и заехать, причем весьма далеко. Здесь вообще вопросов очень много…

Категорично и безапелляционно ответить на них едва ли получится, но поразмышлять не помешает.

Наличие определенных памятников – если и не лицо Воронежа, да и любого другого города, то уж заметная его составляющая. Или, как говорится, «особая примета». Каким ему быть, лицу? Что ж, будем судить по особым приметам.